— О боги, неужели я наконец слышу у тебя капельку иронии, Белоснежка? — беззаботно рассмеялся Теплов. — А ты, оказывается, и так умеешь? Знаешь, приятно слышать, что моя неотразимая персона не настолько уж тебе противна и в тягость…
— Егор!..
— … и что для тебя не составит особого труда станцевать со мной медленных танец. Значит, не так сильно ты меня и ненавидишь, — усмехнулся Егор, сверкнув лукавой улыбкой.
— Егор, извини, я просто это сказала на эмоциях, — совсем стушевалась Снежана, отворачиваясь от парня. Жаль квадратные метры душевой не позволяли особо походить из угла в угол, чтобы хоть немного снять нервное напряжение. Поэтому пришлось замереть на месте и сосредоточиться на дыхании.
— Приятно слышать.
— Я что-нибудь придумаю, чтобы объяснить Мише, — Снежане не нравилось, что опять приходится врать. Одна ложь потянула за собой другую и всё у неё внутри противилось этому, но другого выхода она просто не видела. На другой чаше весов сейчас было слишком многое — причинить боль любимому человеку и риск его потерять. В глубине души Снежка знала, что Миша её не поймет и не простит. — Сегодня тогда станцуем. Если, конечно, Каринка найдёт нас раньше окончания дискотеки… Только у меня есть одно условие, Егор.
— Чего?? Белоснежка, ну кто так делает? Ты же уже согласилась!
— Егор, я согласилась на твою авантюру с желаниями. И тем самым мы с тобой всё-таки зарываем топор войны и начинаем общаться как адекватные взрослые люди. Но я не смогу полностью решиться на этот шаг, зная, что ты в любой момент можешь вновь себя повести, как сегодня!
— Снежан, ты правда думаешь, что я и дальше планирую тебя зажимать в тёмных углах?!
— Да причем тут поцелуй! — воскликнула Снежка, вновь приближаясь к парню и устремляя на него свой пылающий взгляд. — Я о детях! Нельзя так халатно относиться к своим обязанностям! Ты понимаешь, что мог кто-нибудь выпасть в окно веранды с второго этажа? Кто-то мог достать ножницы и пораниться, кто-то мог свалиться с лестницы… Да ещё много чего могло произойти, пока ты спал!
— И что ты от меня хочешь?!
— Просто признай, что был не прав и пообещай, что так больше делать не будешь.
— Может ещё и извиниться перед тобой?
— А я-то тут причем? Если тебе и извиняться, то только перед детьми и их родителями, — покачала головой девушка. — Ну или можешь сходить к руководству и обо всём рассказать…
— Да-а? А сама тогда почему к своему Топтыгину не хочешь идти и покаяться в своих грехах?! — уже начинал кипятиться Егор. Вот только лекции о правильном поведении ему сейчас не хватало!
— Егор!! Не переводи, пожалуйста, на меня стрелки, — не выдержала Вьюгина, понимая, что ещё немного и они опять начнут друг на друга орать. — Я не заставляю тебя идти с повинной к Ломашову. Просто пообещай, что так больше делать не будешь? Я вообще не понимаю, что на тебя нашло! Ты ведь вроде так включился в процесс, чтобы получить грамоту, стал таким ответственным…
— А я ни хрена не такой! Я на самом деле плохой и безответственный, ясно тебе?! — взревел Егор. — А ещё долбанный эгоист и думаю только о себе и своих удовольствиях! И детей я на самом деле ненавижу!
— Это неправда, — спокойно отозвалась Снежка, приближаясь к Теплову и аккуратно дотрагиваясь до его руки. — Я видела, как ты с ними носишься и играешь! Ты просто сейчас так говоришь, чтобы… я не знаю, может из духа противоречия? Как будто ты реально хочешь, чтобы о тебе думали хуже, чем ты есть на самом деле!
— Так вы и думаете, — усмехнулся Егор, с удивлением и какой-то нежностью глядя на маленькую ладошку девушки, которая сейчас покоилась на его руке. А Снежана отчетливо услышала грусть, которая сквозила в его голосе. — И ты, и Батикова, и Юрий Петрович с бабой Ягой…
— С кем?..
— Да не важно. Вы ведь изначально подозреваете меня во всех смертных грехах. И очень сильно удивляетесь, когда я веду себя нормально и не косячу, — Егор не понимал, зачем он говорит всё то, что давно копилось у него внутри, но просто не мог остановиться. — И знаешь, это выматывает — изо дня в день доказывать, что ты на самом деле адекватный человек, и что тебе можно доверять. И еще ты каждый долбанный день ты думаешь: «вот сейчас я ошибусь или реально накосячу, и тут же спущу к чертям собачьим всё то, чего уже сумел достичь». Я устал от этого образа правильного исполнительного мальчика, Снежан. Я не такой! И лучше уж я добровольно сам совершу ошибку и явлю миру свое истинное «я», чем подведу кого-то в самый неподходящий момент…
