Вы думали, что Париж - самый романтичный город мира? Как бы не так! Здесь полно демонов, оборотней и прочей нечисти. И даже симпатичный мужчина вполне может оказаться не совсем человеком. Отправившись в Париж, чтобы доставить дорогую антикварную вещь новой владелице, американка Эшлинг Грэй попадает в невероятную переделку. Клиентка, к которой она так спешит, оказывается зверски убитой, а на месте преступления Эшлинг встречает сногсшибательного незнакомца, выдающего себя за детектива. Он буквально сводит ее с ума своими настойчивыми вопросами и изумрудно-зелеными глазами, а потом неожиданно исчезает, прихватив с собой антикварный кувшин. Вот так дела! Подозреваемая в убийстве, без паспорта и денег, Эшлинг начинает собственное расследование, чтобы вернуть себе доброе имя и похищенную ценность. И все бы ничего, но в дело неожиданно вмешиваются сверхъестественные силы.
– Демоны, Эшлинг Грей! Демоны! Наконец-то, демоны!
Я обернулась, стопка упаковок лимонных йогуртов в моих руках опасно зашаталась, и я прижала ее к груди. Ко мне стремительно приближался Минджун Парк, владелец небольшого углового магазина на набережной Мадрона-Бич в южном Орегоне. Место славилось многочисленными серф-магазинами, барами, кишащими серферами, и туристическими сувенирными киосками... с различными предметами для серфинга.
– Что? Их же не существует. Вы их видели? Где?
– Нет, нет, это не настоящие демоны. Это те, что в гримуарах. Посмотри, что я только что получил! – Он держал в руках две книги, одну довольно маленькую, похожую на те, что продаются в мягкой обложке, но очень старую и пыльную. Другая была современным переизданием старой книги, упоминание о которой он нашел в архиве какого-то немецкого университета. Он изучал ее последние шесть месяцев – в отсутствии миссис Парк – и постоянно то рассказывал мне об истории гримуара, то зачитывал отрывки из него, поясняя, что это старинная книга заклинаний и колдовства. – Тут столько интересного. Гляди, эта та самая книга из Гейдельберга, о которой я рассказывал тебе в прошлом месяце.
Я поставила йогурты обратно в коробку и, вытерев руки о джинсы, взяла книгу.
– Ого. Надеюсь, вы приобрели ее не за цену, указанную на сайте аукциона. Кажется, ее... трудно читать.
Страницы внутри были из толстой, шершавой бумаги с выцветшими наполовину чернилами, покрытые пятнами плесени и бог знает еще чем. Когда я отдавала книгу обратно, к моим пальцам прилипло что-то черное.
– Я уверен, что она на средневековом немецком, но, к счастью, мой друг Деррик из университета обещал помочь с переводом. Вот, возьми. – Он сунул мне в руки другую книгу, современное переиздание старого гримуара. У мистера Парка был легкий корейский акцент, несмотря на то, что он прожил в США почти пятьдесят из своих семидесяти двух лет, и как по мне всем своим видом походил на иммигрировавшего ученого, с этим его зачесом прикрывающем лысину, сутулыми плечами и шаркающей походкой, напоминающей мне о моей столетней прабабушке. – Мне нужен полный список с именами демонов и всем, что с ними связано. Просмотри книгу, найди все упоминания о демонах и запиши их.
– Я? – похлопала я ресницами, глядя на книгу и рассеянно, в очередной раз, вытирая руки о джинсы. Должна признать, меня действительно интересовал оккультизм и демонизм, которым увлекался мой босс, потому что, ну, в самом деле, какой от этого может быть вред? Гримуары, подобные этим двум, были относительно безобидными, обычными псевдорелигиозными текстами с записанными в них выдумками.
– Да, я заплачу тебе. Составь список демонов, и мы сравним его с тем, что написано в этом гримуаре. Понимаешь, они все разные. До появления печатных станков их имена зависели от того, кто записывал текст. Вот почему так много неточностей, но мы проверим их вместе и разберемся, да? – Он смотрел на меня, лучась счастьем, которое лопнуло как переполненный воздушный шарик, когда над дверью звякнул колокольчик, и монотонный гул кондиционера пронзил женский голос.
– Минджун! Где ты? Почему этой девушки нет за прилавком? Сюда может войти кто угодно и обворовать нас! Эшлинг! Эшлинг Грей!
– О, господи, – пробормотала я себе под нос, когда Джоанна Парк появилась в конце прохода и, можно сказать, обстреляла меня своими глазами-лазерами. Если бы таковые у нее имелись. – Я просто убираю йогурты, миссис Парк. Я всегда держу ухо востро, но сегодня утром из-за дождя тихо.
– Это не оправдание. Заканчивай здесь и смени меня на кассе. – Она перевела свой пронзительный взгляд на мужа, которого в очередной раз застала с книгой в руках. Она прицокнула. – Еще одна книга? У нас их и так много. Ты даже не читаешь те, что у нас есть. Чем ты тут занята? Убери эти йогурты в холодильник, пока они не пропали. Я не допущу, чтобы покупатели получили расстройство желудка из-за твоей лени.
Последние несколько предложений, само собой, были адресованы мне.
– Извините, – пробормотала я, бросив взгляд на мистера Парка. Тот пожал плечами, и я, отложив книгу, продолжила убирать йогурты.
– Такое ощущение, будто я управляю магазином, в котором работают дети, – проворчала миссис Парк, направляясь к входу в магазин, где на длинной стойке стояла касса. – Рассеянные дети.
– Прочти книгу для меня. Сделай заметки, – прошептал мистер Парк, кивнув в сторону переизданного гримуара. – Я заплачу тебе пятнадцать долларов за главу, хорошо?
