Яся, как ни в чем не бывало, будто и не рыдала не так давно крокодильими слезами, спрыгнула с моих рук, на которые забралась, выйдя из машины, и унеслась в свою комнату.
Дети. Как все легко у них. Все переживания и печали быстро перекрываются новыми эмоциями. Не то что у взрослых.
— Это ничего не значит — услышал я тихое позади себя.
Обернулся. Глянул на Надю и сердце сжалось. Такая грустная, хрупкая. Но обнять не посмел.
— Нам очень нужно поговорить. Но я не хочу вот так, походя. Задержись, пожалуйста, после ужина.
Надя ничего не сказала. Внимательно на меня посмотрела и прошла в комнату Яси.
— А никто и не обещал, что будет просто. — кинул я сам себе. — Наломал дров —теперь исправляй.
41.
Яся, мое маленькое чудо, чирикала и веселилась так, будто ничего недавно и не произошло.
Надя, конечно, устроила ей небольшой нагоняй.
— Ты же понимаешь, что так делать нельзя? — строго она посмотрела на Ясю. — Ты нас с папой очень напугала.
— Понимаю. — засопела, надувшись Яся и потупив глаза в пол. — Но я хотела... – она воровато глянула на меня, на Надю. — Я скучала по тебе и хотела, чтобы ты вернулась.
Надя тяжело вздохнула. Усадила ее к себе на ноги.
— Так бывает в жизни. Люди какое-то время проводят вместе, потом расходятся.
Яся, я не вернулась. Не все так просто.
От этой фразы я недовольно поморщился, но про себя подумал: «Это мы еще посмотрим». А пока крутился около своих девочек на кухне. Помогал, шутил, старался невзначай коснуться Нади или пройти очень близко. Делал все, чтобы ‚восстановить вот то ощущение одной семьи, которое у нас было.
Иногда ловил Ясю на том, как она наблюдала за нами с очень уж лукавым взглядом.
Похоже у меня растет та еще маленькая хитрюга. Из той породы женщин, которые знают, как добиться желаемого. Впрочем, этому я даже рад. Моя дочь себя в обиду точно не даст.
И пока я обдумывал предстоящий непростой разговор моя доморощенная «лиса
Патрикеевна» делала все, что Надя не уехала к себе домой. Готовку ужина растянула максимально надолго. То муку на пол просыпала, так что нужно было сначала убирать и лишь потому продолжить, то миску с готовым тестом на пол вывернула. Попыталась еще и бутыль с масло «случайно» уронить. Но я успел ее поймать и красноречиво покачал головой, мол «это уже перебор».
Яся быстро сориентировалась в ситуации и поняла, что с «диверсиями» надо заканчивать и притащила на кухню свои рисунки. Разложившись прямо на столе, она активно мешала нам пить чай, забалтывала Надю рассказами про мальчиков в школе. Тут уже и я ушки навострил. Красивая ж девчонка растет. Еще и бойкая, харизматичная, да к тому же, по всем признакам — быстро развивающаяся.
Присматривать за ней нужно будет намного раньше. А не в ее лет в пятнадцать-шестнадцать, как мне мечталось.
Под конец своего «бенефиса» Яся уболтала Надю помочь ей с купанием и попросила почитать книгу перед сном.
Я как зверь в клетке бродил по квартире, пока Яся там плескалась в ванной и о чем-то шушукалась с Надей. Разволновался, как мальчишка. Мне нужно было сделать все, чтобы
Зайка сегодня осталась тут, в моем доме. Конечно, мечталось, заполучить ее еще и к себе в постель. Но в данной ситуации это было за гранью фантастики. Приходилось сдерживать свои порывы на уровне «схватил и утащил в берлогу».
Дочь и после ванной виртуозно исполняла «программу «Задержи Надю». Долго не засыпала, вцепилась крепко в ее руку и при первой же попытке Нади уйти, с жалобной мордочкой умоляла остаться.
Вымотанная, уставшая Надя вышла из ее комнаты уже после полуночи. Не лучшее время и состояние серьезные разговоры разговаривать. Но имеем, то что имеем.
— мне пора домой. — не поднимая на меня глаз, тихо сказала она, явно намереваясь обуться, одеться и исчезнуть из моего дома.
— Надюша, пожалуйста, давай поговорим.
Она только головой отрицательно покачала, да так и не посмотрела на меня.
— Надь... — попытался схватить за ладошку, но ее вырвали из рук и вообще отвернулись от меня.
Я прекрасно понимал — еще минута и она уйдет.
Но категорически не мог этого допустить. Водится за мной такой грешок — в экстремальных ситуациях я сначала действую, а потом уже разгребаю последствия.
Быстрее, чем успел подумать о них, я подхватил Надю на руки и понес в свою спальню.
— Ты что делаешь? Пусти! — попыталась она вырваться из моих рук.
Но разве лев отпускает пойманную добычу? Вот и я не стал. Уронил на кровать и навис над ней. красивые глазки распахнулись еще шире и уставились на меня.
— Лев... — выдохнула она и замерла как кролик перед удавом.
Эмоция, которая отражалась сейчас в серых омутах была странной и интересной.
Чистый гнев был бы понятен. Ну еще возмущение. Нахал же какой я. Но там еще колыхалась грусть и... желание?
А была не была! Рванул я в «атаку» и впился в ее губы. Жестко, властно, но все же стараясь соблазнить, распалить еще больше мою вредную девочку.
