Ты мне нужна полностью

Генри Треверн проехал в инвалидной коляске по паркетному полу коридора к панели на двери и позвонил консьержу.

– Если сегодня кто-нибудь еще придет на собеседование, скажите, что я слег с малярией. Меня достали подхалимки, убежденные, что они будто по волшебству решат мои проблемы. Ну прямо добренькие феи! И мне осточертели дамочки, которые таращатся на меня как на желанный рождественский подарок!

– Но, мистер Треверн, на собеседование уже пришла очередная соискательница. Неужели у вас вправду малярия? Почему же вы не в больнице?

Консьерж – молодой лондонец по имени Чарли – резонно возмущался. Разочарованно вздохнув, Генри провел пальцами сквозь густые черные волосы, которые давно следовало постричь, и едва не выругался.

– Нет у меня малярии. Я только что вернулся из Аспена в штате Колорадо, а не с проклятой Амазонки! – Он взял себя в руки. – Кто там еще?

Он нетерпеливо развернул лежащий на коленях перечень и чертыхнулся, обнаружив, что агентство запланировало собеседование с еще одной соискательницей. Кит Блессингтон. Необычная фамилия, означает «благословенная». Упаси его Бог от очередной притворщицы, жаждущей стать сиделкой, а потом заработать деньжат, подбросив в прессу сенсацию о нем, когда он встанет на ноги.

– Леди приехала пораньше и ждет встречи с вами, мистер Треверн.

– Ну, скажите этой блаженной мисс, или как там ее зовут, что я очень устал. Пусть приходит завтра.

– Я бы предпочла переговорить сейчас, мистер Треверн. В конце концов, собеседование назначено на сегодня. Кроме того, завтра мне не подходит.

Генри озадачился, услышав напористый тон женщины.

– Что значит завтра вам не подходит? – прорычал он. – Вам что, не нужна работа? – Его отвратительное настроение еще ухудшилось. Женщина явно не поверила в его усталость.

– Я не подписала бы контракт с агентством, если бы не нуждалась в работе, мистер Треверн. И кстати, моя фамилия означает «благословенная», а не «блаженная».

– Почему вы не можете приехать завтра? – Хотя Генри не видел женщину, она уже ему не нравилась.

– Завтра у меня собеседование в Эдинбурге. Я не смогу повидаться с вами завтра, если поеду в Шотландию. Поэтому я попросила агентство организовать с вами встречу сегодня.

Он остолбенел от ее чистосердечного признания. Она согласилась на еще одно собеседование, не соизволив сначала встретиться с ним! Что это еще за штучка? Неужели в агентстве ей не сказали, кто он такой?

– На кой черт вы едете в Шотландию? – буркнул он. Ему было наплевать, что он грубит и ведет себя неразумно.

После короткой паузы она спокойно ответила:

– Я еду туда, куда пошлют, мистер Треверн. Агентство предлагает работу по всей Европе. Так вы будете со мной сегодня встречаться или нет?

Загипсованная нога Генри нестерпимо болела и чесалась. Он в ярости парировал:

– У вас десять минут, мисс Блессингтон. За десять минут я решу, подходите вы мне или нет. Тогда и поедете на собеседование в Эдинбург. Поднимайтесь!

– Благодарю. Вы очень любезны. Но заранее предупрежу, мистер Треверн: я сама сразу решаю, буду работать с человеком или нет. И я уверена, мы оба не станем тянуть время.

Из-за их словесной перепалки у Генри возникло ощущение, будто ситуацию контролирует эта мисс, а не он. Хм, такое поведение не сулит ей ничего хорошего.

Черт бы побрал тот инцидент! Генри словно свихнулся, когда согласился соревноваться на горнолыжном склоне со своим бывшим бизнес-партнером Саймоном. Если бы не задетая гордость, из-за которой он попался на приманку, Генри не находился бы сейчас в таком невыносимом положении. Он выздоравливал после длительной операции. Врачи восстановили ему сильно поврежденную бедренную кость.

Если бы не ужасная боль, которую он испытывал, пока его укладывали на носилки, Генри понял бы, искренне ли говорит Саймон о происшествии собравшейся толпе. Генри очень сомневался в его честности. Он легко представлял, как Саймон – его вечный соперник – говорит коллегам и друзьям: «Если бы вы видели, как падал Всемогущий…»

Ясно одно. В ближайшее время разобраться с Саймоном ему не удастся.

Недовольный и мающийся от боли Генри ткнул кнопку на приборной панели, открывая дверь, и отъехал назад на несколько футов, ожидая мисс Блессингтон. Он уже ее невзлюбил.