- Перестань со мной разговаривать тоном психотерапевта, Никитка, - тихо, но твердо произносит Слава. - Ты же знаешь, я ребёночка хочу. Очень хочу! Но ничего не получается. Все исследования показали, что у меня хоть и небольшая, но есть возможность родить нашего малыша. Пусть и даже через кесарево.
- Я не хочу рисковать твоим здоровьем, Слава. Уже говорил и ещё раз повторяю, мы можем воспользоваться услугами суррогатной матери, - шепчу на ушко своей оленихе.
- Не хочу сурмаму. Не хочу! Понимаешь ты меня или нет? А ЭКО мне нельзя делать, - отвечает так же шепотом мне жена моя. - Никитушка, ну давай попробуем?! Дай мне, пожалуйста, шанс. Дай нам шанс. Не молчи, любимый!
Последние слова Слава произносит умоляющим тоном, глядя своими оленьими глазами через мои прямо в мое сердце.
Она знает точно, что я не смогу ей отказать. Мне, вообще, очень трудно сказать жене своей "нет". Она единственная женщина в моей жизни, рядом с которой я становлюсь мягким и пластичным.
Есть ещё, конечно, Екатерина Великая, но ей противостоять у меня хоть иногда, но все же получается.
Конечно же, ответить Славику прямо "нет" сил у меня не хватает, поэтому говорю, что уточню мнение Варвары.
Если в нашем тандеме разговор прошёл мирным путем, то в семье Ливона разгорелся настоящий скандал.
Лив при всей своей видимой мягкости категорично отказывает с лёгкостью. О том, что Ерчаник получила мужнино "нет", мы поняли вечером, сидя за столом, по громкой темпераментной армянской речи, которая раздавалась из комнаты Тигранянов.
Выйдя к нам, первым заговорил Лив, потому как жена его кипит, как чайник, и даже готова расплакаться.
- Варвара, я категорически против купания Ерчаник. Чуть больше года прошло, как ей провели на открытом сердце операцию по восстановлению функции сердечных клапанов. И это уже вторая операция, - совершенно безэмоционально произносит Ливон, хотя я вижу, что он страшно зол и раздражен. - Вдруг она заболеет после купания.
- Заболеть Ерчаник может и без купания в озере. Знаете что, перестраховщики, жизнь - она, вообще, конечна, - так же без единой эмоции на лице отвечает всем сидящим за столом Варвара.
Мы оба внимательно смотрим на Варю. Кирилл сидит совершенно с отсутствующим лицом, потому как отлично знает жену свою. Жены наши молчат выжидающе.
- Ливон и Никита, не вижу никаких противопоказаний ни у Славы, ни у Ерчаник. Решать, конечно, вам. У меня же есть встречное предложение - каждый из вас будет рядом со своей женой. Девчонкам можно футболки длинные надеть. Кирилл постоит в режиме "неотложки". Он же у нас почти что дохтур. Коли чего помощь первую окажет друзьям своим, - хихикнув, выдаёт Варвара.
"Да, если бы я в тот момент знал, что нас ждёт впереди, то никогда бы даже под самыми страшными Славкиными угрозами не согласился бы на это купание, - думаю в очередной раз, но услышав голос моей Майечки, все мои мысли улетучиваются вмиг, потому что в памяти всплывает момент, когда мою сладкую девочку вывезли на две минутки в кювезе, что мы могли её увидеть.
В полном душевном раздрае я уже больше часа нарезаю круги по комнате ожидания клиники в Женеве.
Минут десять назад приехали мама с Дмитрием и Кирилл Зубов. Увидев меня, все трое без слов садятся на диванчик.
Ещё минут через десять моя Катя куда-то выходит и возвращается со стаканом.
Поймав меня на одном из разворотов, мать решительно дергает мою руку и велит выпить всю жидкость из стакана.
Понимая, что меня сейчас реально разорвёт от психа и нервяка, пью то, что даёт маменька.
И правда мой нерв немного отпускает, хотя бы колотить перестаёт.
Только сажусь рядом с матерью, как дверь открывается и пухленькая женщина в зеленом костюме выкатывает прозрачный бокс на колесиках, внутри которого лежит маленькое красненькое морщинистое тельце в крохотном памперсе, в розовых носочках на ножках и шапочке такого же цвета на головке.
Ручки малышки свободны, поэтому я хорошо вижу, как она шевелит крохотными длинными пальчиками.
От умиления и восторга мое сердце сначала замирает, а потом падает и разбивается на мириады сердечек, которые мысленно отправляю моей куколке. От нахлынувшей на меня вселенской любви на моих глазах выступают слезы.
Аккуратно поглаживаю кювез и шепчу:"Моя, моя, моя!"
Будто в ответ мне малышка морщит безволосые надбровные дуги и масенький ротик. Мне кажется, что дочка мне улыбается.
Сотрудница клиники, сообщает нам, что ребёнок совершенно здоров, но некоторое время будет находиться в отделении патологии новорожденных и недоношенных детей. Остальную информацию расскажет заведующий отделения. Он выйдет к нам, как освободится.
Когда кювез с моей малышкой увозят, меня все обнимают и поздравляют.
- Ну, что сыночек поздравляем тебя со званием папки. С именем дочери определились? - пытаясь вывести меня из ступора, говорит, обнимая, мамсик. - Вероника или Виктория? Ну какое имя дадите нашей красавице, Никитушка?
Я слышу мать свою, но стою, как окаменевшее изваяние.
- Кать, да отстань ты от парня, видишь у него шок, - раздается голос Дмитрия, который меня в себя и приводит.
