— А плачешь тоже поэтому? Я привык к нему, как к родному, — мило улыбается, глядя на кота, который недовольно вертит головой. — Я, кажется, догадываюсь о причине твоих слёз. — Парень посмотрел на выходящего из подъезда мужчину. — Что он тебе сказал? Тая, посмотри на меня.
— Ничего он мне не сказал.
— Лады. Не хочешь говорить, я настаивать не стану.
— Макс, спасибо тебе за всё. Правда. Я так и не доехала, чтобы поблагодарить тебя.
Парень ничего не ответил. Лишь смотрел перед собой вдаль, спрятав руки в карманы куртки.
— Ладно. Я пойду. Рада была встрече.
— Тая, постой. Куда ты собралась?
— Макс, всё хорошо. Я вызвала такси. А вот, кстати, и оно. До встречи.
— Тая…
Такси подъехало к подъезду моего дома. Оказывается, ключи от квартиры лежали в зимней куртке. Даже и помню, как они там оказались.
Пора заглянуть страху в глаза. Я всё оттягивала этот момент. Каково было моё удивление, когда, зайдя, я увидела обновлённый интерьер. Без помощи отца тут явно не обошлось. Прошлась по комнатам. Страха не было никакого. Теперь, правда, моя спальня в другой комнате, но не суть. Наверное, так даже лучше.
Барс мирно разлёгся на диване и мурлыкал. Заварила жасминовый чай и включила турецкий сериал. Никогда их не смотрела, но этот привлёк. В дверь позвонили. На цыпочках подкралась и посмотрела в глазок. Я почему-то не удивлена его появлению.
— Проходи, — вздохнула.
— Объяснишь, дочь, что происходит? — Отец был разгневан. Глаза, словно, молнии, сверкали. Губы поджаты. Меньше всего мне хотелось сейчас что-либо объяснять.
— А что ты так на меня уставился? — Лучшая защита — это нападение. — Хватит со мной нянчиться. Я не психически больная. Сколько можно меня контролировать? Займись лучше своими делами. Я не нуждаюсь в твоей опеке. Мне душно. Я хочу свободы.
— Душно тебе? Так я тебя сейчас охлажу. Отец рванул меня за руку и потянул за собой в сторону ванной комнаты. Затолкал в душевую кабинку и включил холодную воду.
— Па…па…папа, прекрати. — Слёзы катились из глаз. Такого отец никогда себе не позволял.
— Охладись уже, наконец, — зло кричал отец. Руки сжаты в кулаки, вена на шее пульсирует. — Охладилась?
Меня пробивал озноб, то ли от холодной воды, то ли от нервов.
— Что ты творишь, Таисия? Что творится в твоей светлой голове? Не ночуешь дома. И даже не заботишься о том, чтобы предупредить старика. А каково мне было узнать от моего заместителя, что ты осталась у него с ночевкой? Взрослый мужчина, который явно к тебе неравнодушен, и такая красивая девушка. Да не один мужчина не сможет сдержать порыв, находясь рядом с тобой. И это при том, что у тебя есть парень. Я тебя разве этому учил, разве так воспитывал? В кого ты превратилась.
— Между нами ничего не было, если ты об этом. Он…он просто поддержал меня в трудную минуту. Ты просто ничего не знаешь.
— Ну так просвети меня, старика, а то я весь в неведении. Неужели тебе проще открыться кому-то постороннему, чем родному отцу? Я ведь для этого и живу, чтобы поддерживать тебя именно в такие минуты.
