Этот страх в его глазах… он был вместо тысячи слов. Что бы ни пытался сказать мне Дмитрий, это все я увидела в его взгляде. Страх потерять, боль от недоверия, а еще заботу и нежность. И я поняла, что никакая Маринка не станет между нами! Когда он вот так стоит рядом и поддерживает меня, поглаживая живот. Я была готова сказать ему многое, в том числе, что верю ему. Но мне пришлось сказать другое, не менее важное для нас двоих.
— Дим! — сказала я сдавленно.
— Ммм? — промычал что — то Дмитрий.
— Ты только не волнуйся, ладно? — попросила я.
— Как я могу не волноваться? У тебя еще две недели до срока, — сказал он серьезно.
— Я сейчас, как бы, не об этом, — заметила я.
— Да? А тогда о чем? — удивился он.
Но сказать этого я не успела.
— Папка, ты стоишь! — ошарашенно воскликнул с порога Дима.
— А?! — заторможено переспросил Дмитрий и развернулся в сторону сына.
Или он сделал это слишком быстро, или еще что, но он вдруг стал заваливаться. Хорошо, что в этот момент вернулся Матвей и вовремя его подхватил. Мужчина усадил Дмитрия на рядом стоящий стул и посмотрел на него немного с озорным блеском в глазах. Этот инцидент немного отвлек их от меня, и я вздохнула с облегчением.
Видимо, внезапно начавшиеся у меня роды шокировали и испугали Дмитрия так, что он сам того не заметил, как вскочил и оказался рядом. А это полкухни пересечь!
Я посмотрела на мужчин. Дмитрий до сих пор находился в шоковом состоянии от всего происходящего. Димка как заведенный скакал возле отца и что — то приговаривал. Матвей же смотрел на меня каким — то странным взглядом. Эту идиллию нарушила ворвавшаяся в дом Мила.
— Я уже тут! Так, не паникуем и по возможности быстро грузимся в машину! — заявила с порога она.
И это сказал человек, который сам был в панике! Боже, где моя старая тихая и скучная жизнь? Потому что после этих ее слов в доме действительно началась реальная паника! Единственным здравомыслящим человеком остался Матвей. Вот он меня и повез в больницу! Остальных же мы оставили дома переживать и… сопереживать!
До больницы было недалеко, но дорога заняла, тем не менее, отнюдь не мало времени. Ровно столько, сколько хватило на нормальный разговор. Именно так, наверное, и задумал Матвей. Мы совсем не далеко отъехали от дома, когда он заговорил:
— Дмитрий тебя любит, ты знаешь это? — спросил он у меня.
Этот его вопрос меня выбил немного из колеи. Я не понимаю, для чего он вообще это говорит, зачем ему лезть в наши отношения? Но и проигнорировать его вопрос было бы неправильно.
— Знаю! — ответила я.
— Он тебе уже признался? — удивился Матвей.
— А должен был? — я тоже удивилась его вопросу.
— Тогда откуда знаешь? — нахмурившись, спросил мужчина.
— Допустим, я это и сама увидела сегодня, — задумчиво проронила я. — Ты что — то мне хотел сказать?
— Разве? — наигранно удивился он.
— Матвей, давай не будем ломать комедию, мне не до того, — отчеканила я. — Возможно, через час, может меньше, я вообще буду не способна что — либо воспринимать, — напомнила я ему очевидное. — Так что говори, что хотел.
Мужчина перестал изображать из себя клоуна и вмиг стал серьезным. Он помолчал совсем недолго и заговорил:
— Дмитрий мне как брат. Мы с ним еще учились вместе, — сказал он.
Я этих подробностей не знала, так как меня в них никто не посвящал. Мне вдруг стало любопытно, каким был Дмитрий в студенческие годы. Тем временем Матвей продолжал:
— Я сразу говорил ему, что Маринка ему не пара, но он упертый был как баран. Вертела она им как хотела, а он и рад был. «Любовь» — говорил он мне, — злобно сплюнул мужчина, сжимая крепче руль.
— Матвей, я не желаю сейчас слушать о Маринке! — простонала я раздраженно.
— Я не о ней сейчас пытаюсь тебе рассказать, а о Димке, — сказал он спокойней. — То, что происходило с ним тогда… Это было чем угодно, но не любовью! — заявил он. — Сейчас, глядя на него, я вижу, что он действительно любит. Если честно, я ему даже немного завидую, — вздохнул он, а я на него взглянула с полным непониманием. — Да что ж вы все такие! — закатил он глаза. — Я в хорошем смысле завидую ему! Он смог найти любовь. Да, пусть вы пережили множество трудностей, но у вас еще столько всего впереди! Теперь для вас главное — даже не оглядываться в сторону прошлого! Вам нужно вместе жить настоящим и потихоньку смотреть вперед. Но вы оба упертые и никак не можете сделать шаг навстречу друг другу, — печально вздохнул Матвей.
Я взглянула на мужчину. Он был серьезным, даже более чем! И почему — то мне показалось, что он совсем не это хочет мне сказать. А то, что он только что произнес, было чем — то вроде соломы, которую он подстелил, чтобы мне падать было не больно.
— Я это все прекрасно знаю, — сказала я ему. — Для чего ты мне это сейчас сказал?
— Ты же видела, Димка встал! И не просто встал, он преодолел полкухни, даже не заметив этого, — сказал как — то чересчур эмоционально Матвей.
— Видела! — нетерпеливо перебила его я, желая узнать, к чему он клонит.
— Ему нужны положительные эмоции, чтобы он встал на ноги! — заключил он.
