– Ты не понимаешь. Я не зову тебя в свою квартиру, просто в свою постель, я зову тебя в свою жизнь. И я, чертовски, хочу обнять тебя. – Пока я в растерянности, позволяла рушить мои стены, мужчина притянул меня к себе, прижав к груди, уткнувшись лицом в мои волосы, а я вдыхала его запах и плавилась от тепла, которое окутывало нас обоих. Мне хотелось, чтобы это было правдой, хотелось позволить всему этому случиться со мной, с нами. Я расслабилась на пару минут, вжимаясь, в до боли, знакомое тело, вслушиваясь в стук наших сердец. Совсем немножко. Максим шумно выдохнул и, обнимая его в ответ, я постепенно ощутила, как расслабляются его мышцы, словно целый груз свалился с его спины. Я тоже тяжело вздохнула и, разжав руки, медленно отстранилась, мелкая морщинка пролегла меж бровей мужчины, а я собрав волю в кулак, взяла одежду и отвернулась, чтобы переодеться. Ни к чему эти взгляды. Запихнув все остальное в сумку, я обернулась, Максим, даже с места не сдвинулся. Подойдя ближе, я натянуто улыбнулась и, встав на носочки, едва коснулась его щеки губами, после чего подтерла большим пальцем следы от помады. Нам не по пути с тобой.
– Я сама уйду. Не ходи за мной, ладно?
После этих слов быстрым шагом я рванула из костюмерной.
– Кира!
В клубе еще полно народу было, поэтому пришлось побыть невежей и растолкать всех в побеге. Вот бы такси сразу поймать!
– Кира! – Конечно, он шел за мной.
Выскочив из клуба, в состоянии полной растерянности, я огляделась по сторонам, и рванула к дороге, обходя подъездную парковку. Сердце гулко стучало в груди, словно зная заранее, что смотрю не туда, куда нужно. Выбежав за парковочный терминал, я обернулась в надежде, что Максим, все-таки, остался позади. И это стало моей ошибкой.
– Кира, стой! – Его крик эхом сотряс мои органы, после чего звук тормозящих шин ударил по ушам и, когда я повернула голову, то мои глаза встретились с ослепляющим светом от фар, а тело больно шмякнулось обо что-то тяжелое. Я слышала даже то, как моя голова соприкоснулась с асфальтом.
Все превратилось в какой-то безумный писк, шум и крик. Я пыталась открыть глаза и даже что-то сказать, чувствовала, чьи-то руки на своем лице.
– Тише. Ничего не говори.
Разве я говорила? Открыв глаза, попыталась сфокусировать их, но получалось откровенно плохо, я практически не чувствовала своего тела, будто и не со мной все происходило.
– Не закрывай глаза, хорошо? Будь здесь. Со мной.
Он сидел рядом со мной на земле, держа в своих руках, и я даже понять толком не могла, куда меня уносит. Я стараюсь не закрывать. Стараюсь.
– Потерпи немного. Эй, урод! Я сделаю из тебя гребаную котлету, если через две секунды здесь не будет «скорой», я размажу тебя… – Он замолчал, когда я потянулась рукой к его лицу, пытаясь попросить, чтобы не бросал меня здесь, побыл еще со мной. Не помню, получилось ли. Последнее, что я почувствовала, – прикосновение его мягких теплых губ к своим пальцам, последнее, что я видела – его лицо.
Первое, что я сделала это – попыталась пошевелить пальцами в ногах. Фух! Похоже, мой детский страх решил показать себя во всей красе. Веки отяжелели и, я с трудом смогла их поднять, перед глазами все кружилось и тело казалось не моим, даже голова, словно чужая. Запах медикаментов нагонял ужас, с детства не любила больницы, но по-настоящему возненавидела их, когда в одной из них скончался мой отец. Но сегодня мне было легче переносить свои фобии, потому что я не была одна. Приоткрыв сначала один глаз, затем второй, я уставилась на Максима и невольно улыбнулась, попыталась точнее, потому что любое движение давалось мне с трудом. Мужчина сидел напротив и сжимал мою ладонь, прижимая к губам. На самом деле, это первое, что я ощутила, когда очнулась, и до этого мне казалось, что все время кто-то держит меня за руку. Я думала, это был сон.
Взгляд был хмурым, и пока мы смотрели друг на друга, Максим и слова не проронил, словно боялся нарушить заветную тишину. Он был растрепан и небрит, под глазами пролегла тень и, оглядев его получше, я заметила сильно помятую рубашку с закатанными до локтя рукавами.
– Ты похож на бомжа. – Пробормотала я, тише, чем планировала. – Почему ты здесь?
– Где мне еще быть? – Его голос был таким же севшим, как и мой.
– Не знаю, дома, на работе. Прости, но ты плохо выглядишь.
– Как ты себя чувствуешь?
– Как будто меня переехала машина. – Даже усмехнулась, так, что в голову стрельнуло, а у этого мужчины даже намека на улыбку не было. – Мне снилось море. – О том, что помимо моря, я еще и его видела, – умолчала, не знаю почему. – Пить ужасно хочется. Чем они меня накачали?
– В основном, обезболивающие. – Он приподнял спинку моей кровати и помог мне напиться. Вернувшись на место, снова взял мою руку и крепко сжал ее, поглаживая большим пальцем. Я вглядывалась в его лицо и, мне уже начинало казаться, что из нас двоих ему хуже всего.
– Иди домой, пожалуйста.
– Я два дня ждал, пока ты проснешься, даже не проси. Хотел найти твою маму, затем подумал, что это не совсем правильное решение.
– Два дня?! – Я почти закричала.
