– Ты так забавно краснеешь. Обожаю твой запах, русалочка. – Он сгреб в кулак мои волосы, уткнулся в них носом и шумно втянул воздух. И мне показалось, что мы оба были прокляты запахом друг друга.
– Это. всего лишь шампунь. – Выдавила я, отстраняясь. Мужчина с легкостью отпустил меня и, на его губах пролегла легкая полуулыбка.
– Вряд ли у меня стояк на твой гребаный шампунь, Ариэль.
Его слова могли выбить весь воздух, но пришло время брать себя в руки. И это было отвратительно, потому что чувствовать себя униженной, а именно так я себя и ощущала, собственной похотью на почве изнасилования, еще хуже, чем потерять последние остатки гордости.
Скрестив руки на груди, я ринулась к шкафу, чтобы найти что-нибудь из одежды.
– Не буду тебе мешать. Отдохни. Мне ни к чему твой измученный вид.
Все что, я сделала это – обернулась через плечо, и проводила взглядом мужчину до двери. Под ложечкой засосало и мне вдруг отчаянно захотелось ударить саму себя, но вместо этого я снова разревелась, прикрыв рот рукой, чтобы не слишком было слышно.
Не помню, как уснула. Когда открыла глаза, на улице еще темно было, хотя небо казалось светлым, значит по времени около четырех утра. Я знала, что кто-то сидит на моей постели, должно быть, поэтому и проснулась, а еще голова дико болела, но, слава Богу, кошмары не мучали. Я боялась, что не смогу спать нормально после вчерашнего.
Потерев глаза руками, я приподнялась на локтях.
– Привет. – Голос был немного охрипшим, и я прокашлялась слегка. – Что ты тут делаешь?
– Ты не рада меня видеть?
– Рада, конечно. Просто, который час?
– Не меня ты ждала?
Я нахмурилась, не понимая, к чему девушка клонит.
– Не думала, что заглянешь в такую рань. Чего не спишь?
– Строишь из себя невинную овечку.
– Что?
– Ты забираешь мой единственный шанс. Так ты решила отплатить мне за доброту?
Мила подползла ко мне, сжимая в руке большую подушку, которую я сразу не заметила в полумраке. – Но ты его не получишь!
– О чем ты гово…
Я не успела договорить, когда девушка бросилась на меня, неожиданно села сверху, сжимая ногами мое тело, она положила мне на лицо подушку и силой надавила. Я попыталась столкнуть ее, но ничего не выходило. То ли силы иссякли, то ли их вообще не было.
– Если Макс и опустился до тебя пару раз, это ничего не означает! – Она продолжала надавливать на подушку, а я изо всех сил дергаться, словно в эпилептическом припадке. Я старалась вдохнуть хоть каплю воздуха, но вместо этого была удушающая тяжелая пустота, бороться с которой было просто невыносимо.
– Он забудет о тебе через пару дней. Никто даже не узнает.
Ее голос постепенно становился тише, а мои попытки выбраться исчерпывали последние капли надежды. Подушка была такой большой, что я даже ее края не могла нащупать. Господь, неужели она и правда собирается меня задушить? Мне хотелось сказать, что она спятила, попросить ее остановиться, но я даже дышать не могла. Мила что-то бормотала и бормотала, но ее голос постепенно и вовсе начал проваливаться в моем сознании. Спустя какое-то время, я даже уже почти не чувствовала своего тела. И это казалось концом. Мне даже не было страшно. И никакой жизни, как обычно говорят, перед глазами не проносилось. Лишь легкое тепло, окутывающее с ног до головы, а затем темнота.
Распахнув глаза и, сделав первый глоток воздуха, я даже не сразу поняла, где нахожусь и что произошло.
– Дыши. Молодец.
Я хватала ртом воздух, как собака, умирающая от жажды. В голове стоял звон, и я чувствовала, как тепло, сменяется холодом, а затем обратно. По телу прошлась волна дрожи и, я судорожно цеплялась за что-то руками, не веря, что ощущаю собственные конечности.
Придя немного в себя, я осознала, что нахожусь на прежнем месте, в спальне, в той же самой кровати. Я уставилась на мужчину, который возвышался надо мной и чью руку я так безжалостно сжимала. Он помог мне приподняться, придерживая за спину и, протянул стакан с водой.
– Попей.
Я взяла стакан у него из рук и поднесла ко рту, руки дрожали так, что я расплескала часть воды на себя. Шум в голове прекратился и, я услышала чей-то тихий, но надрывистый плач. Повернув голову, я увидела Милу, сжавшуюся в углу моей комнаты и выглядывающую, как зашуганный ребенок. Осознание произошедшего, сразу же, промелькнуло в голове. Она хотела меня задушить. Она почти это сделала.
– Я убью ее. – Прорычал мужчина и, забрав у меня из рук, едва тронутый стакан с водой, поставив его на тумбу, рванул в сторону Милы. Я хоть и критически плохо соображала, но сумела вовремя подскочить и поймать его за руку. Девушка еще сильнее вжалась в угол и разрыдалась.
Его лицо отражало вселенский ужас и, я на самом деле, подумала, что он может убить в эту минуту. Я бы не смогла его удержать даже при всем своем желании, но все же он остановился и обернулся в мою сторону. Взглянул на то, как я вцепилась в него обеими руками, и, кажется, тогда взгляд смягчился.
– Пожалуйста. – Тихо произнесла я.
Он долго молчал, после чего снова пригвоздил Милу к стене одним лишь взглядом.
