Слышу шаги за дверью, и через секунду раздается громкий стук.
Нехотя поднимаюсь, и открываю дверь.
На пороге стоит Лукьянов, собственной, затасканной персоной. Напряжение вмиг образовывается между нами, но деваться некуда.
— Прошу… — Отхожу слегка в сторону, пропуская нежеланного гостя.
— Манеры, однако… А где «Добрый день, Виктор Антонович, как Ваше ничего?» — Ёрничает и падает в мягкое кресло, словно у себя дома.
Если еще и ноги на мой стол закинет — вышвырну в окно, и плевать, что далеко не первый этаж.
Избавлюсь от конкурента, так сказать, в прямом смысле.
— Давайте ближе к делу. — Строго произношу и сажусь напротив мужчины.
— Деловой какой… Тебе б по клубам шариться, да баб пилить, а ты здесь в бизнес игру затеял.
— Что, Виктор Антонович, яйца сжались, что какой-то сопляк поперек горла костью застрял и не протолкнешь, да?
— Это твой член у шалав твоих попек горла застревает, а мне ты не помеха! — Грозно выплюнул, но по глазам вижу — нервничает сука.
— Это поэтому Вы сюда свою жопу приволокли, чтоб о совместном проекте договариваться?
Козлина наглая. Ни себе, ни людям. И ведь в хер не уперся ему этот заказ, ублюдок.
— Андрей Дмитриевич, Ваша вода. — В кабинет вплывает мой ангелок, перебирает ножками, лишь слегка мазнув по Лукьянову взглядом, сосредоточившись на подносе. — Добрый день. — Лопочет вежливо, и ставит передо мной стакан.
Второй берет в руку, разворачивается к Виктору, а дальше я вообще нихрена не понимаю.
Лерка застывает, крепко сжав стекло в ладони, а в следующую секунду, с размаха выливает ледяную минералку в рожу Лукьянову.
Его удивленный и замерший взгляд секундой ранее я отмел, как что-то незначительное, а стояло бы задуматься…
— Гм… — Мужчина медленно достает платок из кармана и протирает лицо, вернув свои глаза на Леру.
— Ну, здравствуй, Валерка…
Глава 17
— Ну, здравствуй, Валерка… — У меня внутри всё похолодело.
В смысле «Валерка»?
Мелкая прожигает ненавистным взглядом мужчину напротив, резко срывается с места, и шагает к выходу.
— Дочка… подожди…
— Я ТЕБЕ НЕ ДОЧКА!!! — Крутанулась на месте, едва дверь успела открыть, и зашипела с такой ненавистью, что даже мне не по себе стало.
Лукьянов поднимается, отбросив платок на стул, и делает несколько шагов по направлению к малышке.
Непроизвольно встаю со своего кресла и подаюсь вперед. Мне хочется защитить её, закрыть собой, а этого пидора взашей вышвырнуть из офиса.
— Изменилась… — Восхищенно произносит, осматривая её с ног до головы. — Помню тебя совсем еще малышкой… — Его голос теплеет, и он опять делает шаг вперед.
— Помнишь? Хм… у меня тоже есть воспоминание — твоя спина, когда ты выходишь в дверь!
С силой захлопывает за собой дверь в кабинет, и по удаляющимся шагам слышу, что и приёмную Лера покидает.
Быстрым шагом пересекаю помещение, чтоб догнать её, но меня резко хватают за локоть и впиваются мертвой хваткой.
— Что, сучонок, решил через дочку мою ко мне подобраться? — Шипит мне в лицо, только слюной не брызгает.
Вырываю руку, и тут же хватаю Лукьянова за расстегнутый пиджак у самого горла.
— Сделка отменяется. Обноси свою ублюдскую фирму бетонным забором, потому что я камня на камне не оставлю от твоей конторы. А если она еще хоть раз из-за тебя заплачет — похороню под её завалами заживо.
Отшвыриваю от себя этот кусок дерьма, и бросаюсь вдогонку за мелкой.
Хоть бы из офиса не ушла, хрен же найду потом.
Пока носился по этажам, на ходу спрашивал у сотрудников, ни видел ли кто Лерку, и лишь одна женщина указала в сторону уборных.
Тихонько захожу в светлое помещение, а Лерка моя скукожилась в углу под раковиной и горько плачет.
Туфли валяются рядом, коленки подтянула к подбородку, и я вижу, что на этот раз, дорогущая косметика не справилась.
Под красивыми глазами размазанная тушь, оставляющая за собой черные дорожки, а лицо малышки все мокрое.
— Лер… — Присаживаюсь на корточки, протягиваю руку вперед, стирая разводы. — Посмотри на меня…
Она мотает головой из стороны в сторону, и прячет лицо за коленями.
— Лера… Лерочка… я не знал, слышишь… У вас же даже фамилии разные… я ничего не знал, я бы никогда…
— Конечно разные… он ведь отказ подписал… Как будто меня и не было никогда в его жизни. Просто взял и одним взмахом ручки отказался от родной дочери.
— И мама решила дать тебе свою фамилию?
— Она бы и отчество изменила, да там волокиты бумажной много, а ей некогда было… водка остывала…
До хруста сжимаю челюсти, а когда дотрагиваюсь до рук девчонки, чувствую, что они ледяные.
— Лер, вставай с кафеля. — Она снова головой вертит, и я подхватываю хрупкое тельце на руки, выхожу из уборной.
Девчонка тяжело вздыхает, оплетает мою шею своими ладошками и обессилено склоняет голову на плечо.
Иду по длинному коридору, на ходу раздавая указания. Кому забрать туфли из туалета, кому сумку из приёмной, а кому и корпоративного водителя вызвать.
Выхожу с Леркой на улицу, а машина уже ждет у центрального входа.
— Лер? Держи ключи. Сейчас тебя отвезут домой, а я приеду, как только освобожусь, хорошо?
— Угу… — Неуверенно берет из моей руки связку ключей, не поднимая головы.
