Сжимаюсь. Такой откровенный вопрос охлаждает мой пыл как ушат холодной воды. Пытаюсь оттолкнуть от себя Макара, давя своими ладонями на его грудь.
Но он не позволяет.
Вжимает в диван еще сильнее и хватает за подбородок.
— Открой глаза!
Подчиняюсь его требованию. Смотрю на него со смесью страха и возбуждения.
Он это прекрасно видит. Я уверена. Изучает мое лицо, зажатое в его хватке.
— Я задал вопрос!
Макар склоняет голову, касается губами моей шеи. Еще один совсем легкий поцелуй.
Острая волна удовольствия скручивает низ живота. И я жадно хватаю ртом воздух, но все равно задыхаюсь.
— Ты раздвигала для кого-нибудь свои охуенно красивые ножки?
— Макар!
— Что?
— Прекрати!
Мужчина смотрит строго. В его глазах появляется холодный блеск.
— Я. Задал. Вопрос.
— Я не стану отвечать!
Снова пытаюсь сбросить его с себя. Упираюсь руками в мужские плечи и с силой сжимаю пальцы. Так чтобы ногти больно вонзились в кожу.
Макар даже в лице не меняется. Просто ловит мои руки и прижимает их к дивану.
— Это ведь не сложный вопрос… просто скажи мне, позволяла ли ты кому-нибудь трахать тебя.
Меня трясет не на шутку.
Этот мужчина просто чудовище! Какое право он имеет задавать мне такие вопросы?
Снова становится страшно. Я ведь не хочу позволять ему заходить слишком далеко. Но станет ли он слушать?
Предательские слезы наполняют глаза. Я моргаю, и они солеными дорожками стекают вниз по лицу.
— Отлично! Тогда скажи мне кто это был!
— Что?
— Просто назови мне имя этого придурка.
— Макар, это уже не смешно!
Мужчина рывком окончательно укладывает меня на диван под себя.
Гладит грубыми пальцами по горлу. Другой рукой задирает на мне футболку.
— Не… хватит… ладно! Никого у меня не было, ясно! Я даже не целовалась еще ни с кем по-настоящему…а ты…
Мужчина смотрит на меня очень пристально. Мне кажется, что я вижу победное торжество в его глазах.
— Хорошая девочка, — шепчет он нежно, склоняясь к моим губам, — конечно, начнем с поцелуев…
13
Макар целует меня.
Сначала нежно касается губами. Замирает. Смотрит на меня, а я на него.
Не верю, что это происходит.
И даже не вспоминаю о том, что стоило бы остановить мужчину.
Не встретив сопротивления, он еще раз аккуратно, даже трепетно целует меня в сомкнутые губы. А потом его язык проникает в мой рот и начинается что-то невероятное.
Дрожу в его руках. От шока. От восторга. От жгучего желания. Кажется, я согласна на все. С ним я всегда была согласна на все.
Слышу свой стон и его хриплый низкий голос:
— Яся, девочка моя…
С ума схожу от того, с какой нежностью он это произносит.
Поцелуй мужчины становится властным, подчиняющим своей воле.
Крепкая рука сжимает сквозь ткань футболки мою грудь. Даже немного больно. Но дико приятно.
— Я хотел бы, чтобы ты не приезжала…
— Что?
Как-то совсем не стыкуется то, что он говорит с тем, что делает.
— Мне не следует трогать тебя, малышка. И я бы хотел не знать, какой ты выросла…
Что? Смотрю в его глаза, пытаясь понять, зачем он это говорит.
Да он же нетрезвый! Как я могла забыть об этом? И поцелуй наш пахнет алкоголем.
Какой позор! Готова отдаться пьяному, плохо соображающему мужчине, который еще уверяет, что не очень-то и хочет.
Так стыдно мне никогда не было. Да я просто ненавижу себя сейчас.
— Макар, пожалуйста…
— Что «пожалуйста», моя сладкая?
Пальцы мужчины все также через ткань сжимают мой сосок, посылая электрический разряд удовольствия сквозь тело.
Я падаю на самое дно пропасти отчаяния.
— Пожалуйста, прекрати! Вызови для меня такси, я хочу уехать обратно к бабушке!
— Нет!
Мужчина целует мои мокрые от слез щеки, слизывает языком соленую дорожку со скулы.
— Блядь, Яся, уже слишком поздно!
Трясусь уже не только от возбуждения, но и от ужаса.
— Я не разрешаю! Не разрешаю, слышишь?
Макар рычит, как зверь.
— Не разрешаешь? С чего ты взяла, что я стану тебя спрашивать?
Его ладонь ныряет под резинку шорт. Забирается в трусики. Насквозь мокрые трусики. Пальцы нагло трут влажные складочки, а меня трясет от новых неожиданных ощущений.
Макар вынимает руку. Подносит к моим глазам. В шоке смотрю на его пальцы, блестящие от моей влаги. Вдыхаю и чувствую, как пахнет мое возбуждение.
Макар довольно ухмыляется.
— Вот оно, мое разрешение! Между твоих ножек все давно готово для меня, Ясенька. Ты меня там очень ждешь, да девочка?
— Нет!
Сжимаю коленки, пытаясь унять мучительное желание, многократно усилившееся после такой грубой ласки.
Он больше не держит мои руки. И я закрываю ими лицо, не в силах больше сдерживать рыдания. Так сильно меня еще никогда не мотало. От восторга до отчаяния за минуту.
Выворачиваюсь под мужчиной и ложусь на бок. Он позволяет это. Прижимаю колени к груди и утыкаюсь в них носом. Вот так. Жалкий комочек душевной боли.
Пусть делает, что хочет. Но я, черт побери, не согласна!
Мужчина немного отстраняется, так что его вес больше не вдавливает меня в диван. Смотрит какое-то время, как я реву.
Потом встает и подхватывает меня на руки.
Мы куда-то идем. Я хватаюсь за ворот его халата, вжимаюсь в мужскую грудь, пряча заплаканное лицо.
В прошлом Макар не раз был моим защитником.
Но теперь, похоже, жалости ждать бесполезно.
