К большому огорчению девушки, ее партнер по танцу, взявший на себя функции тренера и наставника, с каждой новой тренировкой добавлял в номер все больше чувственных элементов и поддержек, в результате чего танец получался очень страстным и откровенным. Поначалу Алина протестовала, но Егор сказал, что они взрослые люди, и он не собирается, как сопливый школьник, водить с Алиной хороводы, невинно держась на сцене за ручки. Время летело незаметно, так прошла вторая неделя, приближалась середина октября и День первокурсника.
Алина всё чаще ловила себя на мысли, что скучает по Воронцову, и просто не представляет, как изгнать его из своих мыслей. Думать и скучать по такому эгоистичному и подлому человеку, было очень унизительно. Алина ощущала себя предательницей. Казалось, что жизнь послала ей испытание, чтобы проверить на прочность твердость ее убеждений и принципов, но она не справилась, повелась на красивую физиономию и розовые мечты о вечной любви с первого взгляда. А хуже было то, что в минуты душевной слабости и тоски, она всё чаще искала оправдание для слов и поступков Романа, и чувствовала себя после таких мыслей особенно опустошенной. Она измоталась, много плакала, часто вспоминала семейную трагедию. Она была на грани срыва, а необходимость улыбаться подруге, быть приветливой с Егором и выкладываться на репетициях, демонстрируя страсть и всплеск энергии, делали ее и без такого непростое душевное состояние ещё тяжелее.
Рома тоже так и не смог забыть девушку. Загруженный поручениями отца, он все равно то и дело вспоминал ее и их последний день, проведенный вместе. Сейчас, когда эмоции улеглись, он понял, что вел себя как придурок. Вместо того, чтобы спокойно все рассказать и объяснить девушке, ответить на ее вопросы, пусть и неприятные, он вспылил и позорно сбежал, как будто ему и правда есть чего стыдиться. Теперь он осознал, что Алина с ее добрым отзывчивым сердцем, смогла бы понять его, если бы он только честно рассказал о своем детстве. Уж если она по каким-то причинам нашла в себе сочувствие для Милы, то вряд ли бы к нему отнеслась по-другому.
Но как только отец выхлопотал для него две недели больничного, несмотря на все его возражения, Роману пришлось днями пропадать в офисе Воронцова-старшего к огромному неудовольствию брата. Парень знакомился с ключевыми сотрудниками на предприятиях отца, чтобы «знать свою команду в лицо», с самыми крупными клиентами, сначала на бумаге и по рассказам начальника отдела безопасности, а уже потом при личных встречах, несколько раз бывал на стройплощадках с отцом, вникал в секреты участия их организаций в тендерах, знакомился с бизнесом конкурентов.
Романа забавляло, как на все его движения, реагировал Александр. Он то и дело спрашивал отца, зачем тот привлекает еще сопливого младшего сына к участию в таких серьезных делах, предлагал старику немного отдохнуть, оставив бизнес под его руководством, и даже пристроил под его бок свою смазливую протеже, обладающую внушительными достоинствами, надеясь переключить внимание.
Роман часто виделся с Артемом и постоянно расспрашивал его об Алине, но друг мало, что мог рассказать о девушке, кроме того, что она с усердием учится, а после занятий уходит или уезжает вместе с Егором Колосовым. Воронцов очень надеялся, что у этой парочки всё по-прежнему ограничивается только репетицией танца, и после выступления он уже не увидит их вместе.
День первокурсника начался для Алины с неприятностей. После первой пары ее пригласили в деканат, и девушка терялась в догадках, что же могло потребоваться от неё.
Когда студентка зашла в кабинет декана, и Нина Степановна Николаева, пожилая женщина в строгом темном костюме, дружелюбно улыбнулась ей, Алина отпустила все тревоги и, воспользовавшись приглашением, удобно устроилась в кресле напротив письменного стола.
— Алина, я давно наблюдаю за тобой. Как в прочем, и за каждым из студентов, обучающимся в стенах этого факультета, которым я руковожу с момента его основания. Ты очень прилежная девочка, активистка и добрый отзывчивый человек. Ты у меня на хорошем счету, и я надеюсь, что в будущем ты сможешь стать гордостью нашего ВУЗа. Я знаю о твоей личной трагедии, и очень тебе сочувствую. И, конечно, я понимаю, твою ситуацию, твою мотивацию: непросто молодой девочке, без семьи и поддержки, самой подняться на ноги. И то, что ты сама зарабатываешь себе на жизнь очень похвально, но, к сожалению, учитывая всё, я не могу оставить без внимания способ, которым ты это делаешь.
Алина почувствовала, как кровь прилила к щекам, а ладошки стали холодными и влажными.
