Спустя пару секунд чувствую спиной покрывало и прохладу – это Зак отстранился от меня, чтобы расстегнуть мне джинсы. Собственное тело напоминает горящий шар. Он полыхает, ждёт. Я пока не пойму, как это будет, но судя по собственной реакции, должно быть хорошо. Мои джинсы соскальзывают с ног, следом трусики. Лишь на секунду вспоминаю о стыде, потому что уже через миг меня обжигает полный желания взгляд темных глаз. Едва я остаюсь без ничего, как Зак издаёт низкий звук, похожий на гортанное рычание. Дергает пуговицу на своих джинсах, спускает их вместе с трусами и мгновенно ложится сверху.
Его рука накрывает мою промежность, заставляя изогнуться дугой от неожиданного прикосновения, вызвавшего укол наслаждения. Зак целует мою шею, поглаживает между ног, не грубо, осторожно. Он словно бросается из крайности в крайность – то срывается, пожирая меня, пытаясь насытиться в миг и сразу, то останавливается, еле прикасаясь. Тормозит себя, купая меня в нежности и чувственности. А я уже горю, мелко дрожу в нетерпении, когда он дразнит клитор. Громко стону и в какое-то мгновение чувствую прикосновение тяжелой плоти к промежности, а после неумолимое вторжение внутрь. От распирающего ощущения воздуха в легких становится катастрофически мало.
Открываю рот как рыба и замираю под властью кристально чистых эмоций.
- Ну как? Не больно? – напряженно улыбается Зак, опираясь на руки.
- Нет, - выдыхаю с восторгом. – Ни капельки.
Зато непривычно и необыкновенно.
Зак начинает двигаться внутри меня, я же ловлю каждую реакцию своего тела. Еще один плюс от потери памяти найден. Без боли принимать настолько новые для себя и своего тела ощущения – изумительно.
Сначала движения Зака медленные, раскачивающиеся, даже ленивые. Я чувствую скольжение его члена в себе, то, как он меня растягивает, наполняет. По мере того как привыкаю, Зак ускоряется. Толкается в меня уже активнее, глубже, в более чётком ритме. Опускается на локти, чтобы поцеловать, а я плыву по какому-то незримому течению. Всё, что теперь имеет значение – это Зак, чувствовать его, вдыхать, кусать. Да я даже прикусываю его плечо от настолько неподвластных контролю эмоций. Мы сливаемся в одно целое. Я со стоном принимаю каждый его глубокий толчок, горю, накаляюсь, как лампа, пока в какой-то момент внутри меня не происходит взрыв, принося мне ни с чем несравнимое удовольствие. Едва я выкрикиваю, а моё тело дрожит, Зак выходит из меня и с продолжительным хрипом изливается мне на живот.
Мыслей нет. Тело расслаблено настолько, словно я не имею абсолютно никакого веса. Несколько долгих мгновений мы просто лежим, слушая сердцебиения друг друга. Они рваные, сильные, счастливые…
- Еще каких-то два часа назад я была уверена, что больше мы с тобой не сможем нормально общаться, - выдыхаю измотанная, но счастливая.
- Считай, что два месяца дружеского общения нам хватило с головой, - Зак ложится на бок и опирается головой на локоть.
Такой расслабленный и довольный, что у меня сердце щемит. Как могло случиться, что мы дошли до того, чтобы потерять друг друга?
- Мне нравилось. Точнее нравилась легкость между нами, возможность говорить всё, что думаю, чувствую. Теперь всё изменится? – спрашиваю задумчиво.
Я не хочу, чтобы всё снова стало так, как рассказывал Зак.
- Нет, - уверяет он. Поднимает моё лицо за подбородок, заставляя посмотреть на себя. – Ничего не изменится. Всё так же и останется. Я обещаю!
- Только теперь тебя станет больше в моей жизни?
- Определённо!
- Тогда я согласна, - облегченно улыбаюсь и получаю быстрый чмок в нос.
- Давай в душ, а то твоя постель нам спасибо не скажет! – помогает мне подняться и, совершенно наплевав на то, что я перепачкана его спермой, прижимает меня к себе. - Не могу от тебя отлипнуть!
- Если мы так еще немного постоим, то не сможешь буквально, - смеюсь я. – Придётся вместе идти в душ.
- Не впервой.
- Яяяясно. Ну тогда пойдём! Напомнишь мне и это!
Зак
Ночью мы не спим. До самого утра разговариваем, выясняя какие-то моменты прошлого, обсуждая настоящее. Я показываю Таре наши фотки, которые рука не поднялась удалить из облака, рассказываю где и какая были сделаны. Ей интересно буквально всё. Она, как маленький птенчик, вылупившийся из гнезда и жадно рассматривающий новый открывшийся ему мир. Мой птенчик. Очень сексуальный и горячо любимый.
Мне кажется, я родился заново. Не только она попала в новую вселенную, а и я тоже. И в этой вселенной теперь всё иначе. В ней я вижу открытость Тары, то, с какой щемящей нежностью она смотрит на меня, бесконечно целует, рассуждает о поездке к Скаю и Оливии и требует уделять ей больше внимания. От последнего я особенно кайфую. Раньше Тара вроде и хотела вместе проводить время, но никогда особо не говорила о том, что чувствует. Сейчас же всё иначе.
