Ночью я надеваю на неё пижамные шорты и футболку, сам тоже натягиваю боксерки. К утру, правда, моя выдержка даёт пробоину, и я таки забираюсь к маленькой в шорты. Заставив ее тихо поскулить мне в шею от удовольствия и подарить мне её еще один восхитительный оргазм, целую опухшие после наших ночных поцелуев губы.
- Знаешь, - выдыхает она исступленно, - так мне с тобой дружить нравится еще больше!
- А уж мне как! – отстраняюсь, понимая, что надо сделать перерыв. Её губы насыщенного красного цвета и увеличились в размере. А кожа вокруг воспалённая. Я не брился уже три дня, вот и исколол всю. - Мы в универ опаздываем. Давай собирайся, завтрак купим по пути.
Помогаю ей выбрать одежду и надеть её. По утрам ей собирает волосы в хвост мама, а если её нет, Тара идёт с распущенными. Сегодня же её расчесываю я.
Пока она сидит на стуле и смотрит на меня в зеркало, собираю локоны расчёской и затягиваю резинкой. Когда-то Оливии часто хвост делал и даже косички, когда она еще в сад ходила, а я уже в первый класс. Считал себя суперкрутым старшим братом.
- Готово, - справившись, встречаюсь взглядом с удивленно улыбающейся Тарой.
- Зак, ты не перестаешь меня удивлять. Я тебя обожаю, - столько нежности слышится в её признании, что меня подкидывает.
Уже на кухне мы сталкиваемся с Камиллой. Мама Тары сидит за столом с чашкой кофе. Скорее всего, она успела заметить мою футболку на диване, о которой я вспомнил, когда только что одевался. И болтовню нашу тоже слышала, поэтому удивленной не выглядит. Заметив нас, женщина отставляет чашку, встаёт и подходит ближе. Внимательный взгляд перетекает с меня на Тару. Мы оба застываем.
- И почему я знала, что так и будет? – произносит, качая головой и внезапно сгребая нас обоих в объятия.
- Мам, - хихикает Тара, а я вдруг понимаю, что скучал даже по Камилле, - я вообще-то на тебя обижена!
- За что? – охает не слишком натурально женщина, хлопая накрашенными ресницами.
Она в действительности очень сильно преобразилась и выглядит помолодевшей.
В глазах появился яркий блеск, они словно ожили. Я даже не видел такой ее раньше. Камилла и до аварии была привлекательной молодой женщиной, но сейчас это совершенно новый человек. Всё же, чувства способны на многое. И главное – на перемены в себе.
- За то, что поддерживала этого засранца! – поясняет Тара.
- Виноват. Рассказал, как есть, - признаюсь, вскидывая руки в жесте покаяния. – Но оно того стоило!
- Я вижу. Правильно сделал! – хвалит Камилла.
- Эй, а передо мной как оправдываться будешь? – возмущается её не слишком-то воинственная дочь.
- Думаю, Зак это сделает за нас обоих, - хитро подмигивает ее мать, а я замечаю, как щеки Тары краснеют. – Вы случайно не опаздываете?
- Опаздываем, - бубнит малышка, забирая бутылку с водой и подталкивая меня к выходу. – Но с тобой мы еще поговорим!
- Обязательно! – долетает нам вслед.
- Ты поедешь сегодня со мной в больницу снимать это всё? – спрашивает Тара уже в машине.
- Конечно!
- А игра у тебя когда?
- В пятницу!
- Хорошо. Я приду! Хочу поболеть за тебя!
И она действительно приходит!
На стадионе как обычно собирается куча болельщиков. Большая половина наших, остальные команды соперника. Девчонки чирлидеры кричат свои кричалки, пацаны готовы разрывать на поле, а я вижу только её. И хоть как я уже успел понять ранее – для победы мне нужна только вера в себя и желание победить, всё же присутствие Тары согревает внутри те части души и сердца, которые раньше никак не могли отогреться.
Они с Шейлой держат плакат с надписью «Зак лучший. Колумбийцы вперед» и кричат наравне с остальными. Я смеюсь над неудачными попытками Шейлы свистеть и натягиваю шлем.
- Эй, - толчок в ребра от Макса заставляет меня посмотреть на друга, - не знаю, что ты с ней сделал, но сейчас она мне нравится намного больше, - кивает в сторону Тары, за что получает пинок уже от меня. – Ау. А вот ты не очень!
Мы ржём и конечно выигрываем матч.
После окончания все отправляемся к Максу. Теперь он капитан команды, за что получает заслуженные лавры, но я по этому поводу не расстраиваюсь. Главное, что придурка Уоллиса перевели учиться в Англию. Не знаю, отец ли мой посодействовал, или какие-то другие причины были, но факт остаётся фактом. Раздражающего фактора в команде больше нет, и все пацаны начали общаться на равных, даже те, кто раньше держался этого кретина. Как там говорится? Лиши стаю вожака, и она разбредется. Вот здесь случилось то же самое.
- Будешь что-то пить? – спрашиваю Тару, когда мы приезжаем к Максу.
- Может коктейль? Не крепкий!
- Сейчас сделаю.
Отправляюсь на кухню к пацанам и миксую нам с ней по коктейлю. Себе виски с колой, ей - ром со спрайтом. Приношу, мы ударяемся стаканами и выпиваем. Без бандажа и повязки Тара чувствует себя намного свободнее. Да и я, надо признать, тоже. Теперь мои руки безнаказанно могут нырять ей под кофточку, гладить, мять, даже стоя где-то в очереди не могу себя остановить. Я слишком соскучился. По всему её телу.
