На самом деле, тренер действительно оказался справедливым. Последствия могли бы быть гораздо более плачевными, если бы в его кресле сидел, к примеру, родной отец этого Ника. Можно сказать, Заку действительно невероятно повезло.
- Что теперь? - спрашиваю у него, затаившись.
- Выиграю кубок и отдохну. Главное, что стипендии не лишили. А через полгода вернусь обратно.
Хоть он и пытается храбриться, я прекрасно понимаю, что для Зака потерять капитанство - это сродни тому, что потерять близкого человека.
Тянусь на носочках и мягко целую его в губы. Надеюсь, за полгода и правда ничего не случится и он снова будет во главе команды.
После этого мы едем к Кэтрин. Как оказалось, после нашего отъезда ночью, Джиджи и Джен потребовали у охраны отпустить их. Позвонили Кэтрин и обо всем рассказали. Она тут же приехала в клуб, где и разгребала последствия в диалоге с родственниками Ника.
- Ну и? – спрашивает Зак, когда я сажусь к нему в машину после двухчасового выяснения отношений.
Заводит двигатель и мы медленно отъезжаем от парковки.
Кэтрин собрала всех девчонок, вычитала каждую, кто позволял себе приваты и другие услуги после выступлений. В самой унизительной форме погнала их взашей, предложив остаться мне и еще четверым девочкам, кто не был в курсе происходящего. Бедная. Я еще никогда не видела её в таком состоянии. У нее руки тряслись, а сама была бледная, как больничные стены.
- Кэтрин объявит новый набор девочек. Всё с нуля, представляешь!
Зак кивает.
- Ну это ей тоже уроком будет. В следующий раз будет с вами ездить и как руководитель проверять всё лично. Это ее обязанность, вообще-то.
- Да, но девочки настолько самостоятельно уже всё делали, что она перестала ездить с коллективом. Доверяла.
- Доверяй, но проверяй. Если ты хочешь выйти на высокий уровень, будь готова к тому, что нужно нести ответственность, а не перекладывать её на плечи девчонок.
В этом Зак прав, конечно.
- Но с другой стороны, даже если бы она ездила, потом после выступлений никто не мешал бы девочкам так же продолжать общение, - предполагаю я.
- А тут смотря как преподнести. Если официальная часть закончилась, Кэтрин эта ваша скомандовала «Уходим», вы собрали вещи и демонстративно ушли. Потооом, если уже кому-то захочется они могут вернуться в клуб и от себя смогут делать что им хочется. Вот только приваты как коллективу уже предлагать никто не станет, потому что коллектив уехал. Это было бы чисто уже на совести тех девок.
Смысл есть в его словах, конечно. То ли ты сошел со сцены и пошел танцевать, то ли это делаешь от себя. Задумчиво киваю.
- Да, ты прав.
Зак сплетает наши пальцы, левой рукой прокручивая руль.
- Ты вещи-то забрала свои?
Вопросительно смотрю на него.
- Зачем?
- Танцевать же ты не планируешь уже там.
- Ну… я не ушла.
- Что? – рявкнув, Зак резко вырывает свою руку из моей и заезжает на пустое парковочное место около магазина, который мы как раз проезжаем. Хорошо, что я пристегнута, иначе точно головой бы приложилась, – Тара, это шутка такая?
- Нет. У Кэтрин осталось всего пять девочек. Она будет объявлять новый набор. Обучать всех программе с самого начала. У неё сейчас столько работы, просто выше крыши. Она попросила нас с девочками помочь ей.
Зак нервно проводит по волосам и смотрит на меня как на инопланетянку.
- То есть ты готова танцевать, зная, что о тебе такие слухи ходят? О вас. Ты же понимаешь, что это имя уже запятнано. Кошки теперь это «блядские кошки».
- Да не кошки мы, - поднимаю голос, но тут же стараюсь взять себя в руки. Быстро отстегиваюсь и перебираюсь на Зака, чтобы сесть на него сверху. Обхватываю плотно сжатые скулы, - Кошек больше нет. Кэтрин прекрасно понимает, что это имя больше нельзя использовать. Она придумает название для абсолютно нового коллектива. Понимаешь? И теперь будет за всем очень внимательно следить. В контракте будет пункт о том, чтобы никаких приватов и так далее. Она сама в шоке от происходящего, поверь. Сказала, что от частных вечеринок откажется, оставит только публичные выступления.
Руки Зака ложатся на мои бедра и крепко их сжимают. Очень крепко, даже больновато. Понимаю, что он очень злится, но зря. Я видела этот ужас в глазах Кэтрин и злость на девочек. То, как она их отругала и позорно выгнала показало, что подобное для неё табу. Именно поэтому я осталась.
- Зак, ну хочешь, будешь со мной ездить по началу? М? – целую плотно сжатые губы. Один поцелуй, еще один. Рядышком, в уголок рта. Не хочу, чтобы он злился. Мы только-только помирились. – А еще она мне деньги заплатила за вчерашнее. Поедем со мной купим маме платье? Пожалуйста!
Вместо ответа он неверяще качает головой.
Ну давай же, успокаивайся. Не доводи нас до ссоры. Не хочу. Не могу больше.
- Пожалуйста, Зак! – умоляюще смотрю в сердитые глаза, поглаживая большими пальцами скулы. Щетина отросла и немного колится.
- Тара, если хоть раз я замечу, что тебе предлагают приват, или что Кэтрин пропихивает вас куда-то и закрывает глаза на нечто неподобающее, ты танцевать там не будешь. Поняла меня? – сильные пальцы больно впиваются в бедра.
