От них меня отвлек Малкольм. Он со своей мамой буквально влетели ко мне в квартиру, вздыхая и охая о том, что срочно нужно ехать. Всё поменялось, а они и не были в курсе. Я жутко растерялась. Сегодня не просто суббота – сегодня суббота, день матча, где Зак должен завоевать кубок для университета. Он уши мне все о нем прожужжал и о том, что видеть меня на трибунах будет для него неоценимой поддержкой. И как мне теперь поступать? Я начала отказываться, а Лидия расплакалась. Малкольм рассердился и попрекнул в том, что мы три недели зря старались. Можно было и не начинать.
Меня будто в мясорубку запустили и начали прокручивать. Ответный гнев на друга не заставил себя ждать. Я тоже высказала ему все, что думала, пока не получила извинения.
Согласилась ехать только после того, как Малкольм заверил, что мне не придётся присутствовать на награждении.
«Оттанцуем и уедешь. Дальше я сам».
Пришлось собираться максимально быстро. Туго затянутый и залакированный хвост – единственная возможная прическа на сегодня.
Когда мы приезжаем в зал, где будут проходить соревнования, всё только настраивается. Я успеваю накраситься и переодеться. Малкольм тоже облачается в танцевальный костюм.
Народу в зале прилично, но меня это мало волнует. Я нервничаю как никогда. Не из-за танца. На него, как оказалось, мне абсолютно плевать. Сделаю то, что я могу, выложусь по полной. Переживаю по-настоящему из-за того, что начало затягивается, и теперь я опаздываю сильнее, чем думала.
- Возьми, попей воды, - протягивает мне стакан Малкольм.
- Не хочу, - плотно сжимаю губы, то и дело поглядывая на экран мобильного.
На моё второе сообщение Зак не ответил, и от этого мне не по себе. Он всегда заканчивает нашу переписку. Не важно какими словами, даже просто смайлом или стикером с сердечком, но это делает именно он. Сейчас же эта тишина в ответ вызывает тошноту.
- Господи, да что ты так переживаешь? У него этих игр до хрена и больше, - пренебрежительно выдаёт Малкольм, точно зная причину моего состояния.
- Малк, лучше молчи, если не хочешь, чтобы я сейчас развернулась и ушла. А ещё молись, чтобы Зак не убил тебя. Как можно было пропустить такой важный имейл, блин? – в который раз сокрушаюсь, потому что это уму непостижимо.
Я, когда ждала писем из университетов, проверяла почту по несколько раз в день!
- Я уже извинился! Если не хочешь пить, я унесу стакан.
Разворачивается и уходит к столам.
Пары уже начали свои выступления, но время как назло тянется подобно сонной улитке. Когда уже наше время? Я с ума сойду от волнения!
Переступая с ноги на ногу, мысленно поторапливаю неспешно представляющих пары ведущих.
- Не нервничай так, всё хорошо будет, – резко поворачиваю голову на стоящую рядом конкурсантку.
Симпатичная блондинка в ярко-красном платье приветливо улыбается.
- Не нервничаю. Злюсь.
- На что?
- Как можно было поменять дату выступления? Люди из разных штатов летели, могли ведь не успеть!
- О чем ты? Какую дату?
- Конкурса. Все настроились на двадцать четвёртое, а тут на тебе, как гром среди ясного неба – двадцать третье, - нервно выпаливаю я, вываливая злость на совершенно незнакомую девчонку.
Она хмурится и смотрит на меня так, словно на мне костюм Кинг Конга.
- Дата изначально была такой, ты что-то путаешь.
Непонимающе останавливаю на ней взгляд.
- В смысле была другой? Двадцать четвертого же.
- Да нет же. Невозможно изменить дату такого мероприятия просто так. Как ты сама сказала – к этому конкурсу готовится слишком много людей, и вот так подставить всех просто недопустимо для такого университета, как Колумбийский.
Мне кажется, что я сплю. Сегодняшний день какой-то сплошной сюр. Моргаю пару раз, пропуская через себя полученную информацию, и понимаю, что этой девушке нет смысла врать. Да и она права во всём. Это не местный уличный конкурс ради кубка.
- Мы следующие после перерыва, - рядом вырастает Малкольм и обхватывает мою руку. Тянет к кулисам.
По инерции делаю несколько шагов, но врастаю в пол. Сказанное девушкой запускает в организме механизм сомнения.
- Малк, дай свой телефон, - прошу, внимательно смотря на друга.
- Что? Тар, мы скоро выходим, - недоуменно оборачивается он.
- Телефон дай, сказала.
Негодующе взглянув на меня, он возвращается и с психами достаёт мобильный из спортивной сумки.
- Твой сел?
- Покажи мне имейл, где поменяли дату, - требую, наблюдая за каждой эмоцией на знакомом с детства лице, которое ожидаемо резко меняется.
- Зачем?
- Покажи.
- Тара, на хрена?
Малк злится, крепко сжимая мобильный, чем доказывает, что действительно, не было никакого имейла.
Тара
- Ты соврал! – выкрикиваю, шокированно пялясь в лицо лучшего друга детства.
- Да, - после секундного замешательства признается он, - потому что тогда бы ты отказалась!
Прикрываю рот руками, качая в прострации головой.
- Господи. Я же помочь хотела. На кон поставила собственные отношения! А ты!
