— Да нет, я тебе доверяю, но все равно звонить надо, докладывать.
Дима не мог сказать другу, что у всех, кто охраняет данный объект, стоит прослушка. И в любой момент Крейг может слышать, что происходит с «объектом».
Вечером Дима доложил боссу о вечерней прогулке. Крейг молчал, потом скинул вызов, в мессенджере написал ему: принято.
Она плакала. Из-за него. Он так думал… чувствовал.
В то утро Марк предложил ему командировку, не настаивал, просто предложил, и Крейг уцепился за нее как утопающий за соломинку. Крейг видел, что брат что-то подозревает, но не говорит пока ему, надеясь на его разумность и порядочность. Он согласился на командировку без особой радости. Работа конечно предстоит интересная. Но разве до нее сейчас. Он сорвался, потерял контроль над собой, он может навредить Ей, той, которую любит больше всех на свете. Зачем врать самому себе. И пусть ее тело было не против, но она сама сопротивлялась, а он… Он гладил ее, тискал, прижимал к себе, еще бы одно мгновенье и он поцеловал бы ее, а дальше… Но это был бы не просто поцелуй, он стер бы все границы между ними, и этот поцелуй был бы против ее воли! Она бы потом жалела об этом. Он единственный родной ей человек. Он не может с ней так поступить.
Целый день Крейг мотался по городу улаживая дела. Раздавал указания Ее личной охране — ребятам, которых отбирал сам. Да, некоторые из них балагуры и весельчаки, но все они профессионалы своего дела и никогда не сболтнут лишнего, и не раз доказали на деле свой профессионализм и преданность.
Вечером пришел, когда сестра спала, а в четыре утра уже самолет. Так будет лучше. Не прощаясь. Потому, что если задержится хоть на минуту, посмотрит ей в глаза, не уедет, просто не сможет оторваться от нее.
Самолет приземлился в шесть утра по местному времени, я скинул Марку, что все ок, и отправился на такси в съемную квартиру. В одиннадцать я уже был в филиале и проводил знакомство с боссом, то есть со мной. Работа затянула меня можно сказать с порога. Но сердце не прекращало тянуть болью. Ночью долго не мог заснуть, под утро решил: да, так будет лучше для нее.
Каждый день был не похож на предыдущий, работа кипела. Я понимал, что даже с массой предполагаемых проблем и непредвиденных обстоятельств, целый год мне здесь будет нечего делать. Люди на местах компетентные, если нужно, дешевле с проверкой приехать, чем жить здесь. Это напрягает, надо избавить себя от любой возможности возвратиться в Москву. Занять себя как-то во внерабочее время. Решил познакомиться с девушкой, жизнь должна продолжаться, и у меня тоже. В офисе многие сотрудницы делали недвусмысленные намеки, но я думал поискать в другом месте, а то эта свобода нравов может обернуться судом, или отношений кто захочет, а меня это сейчас не интересует.
В клубе познакомился с красоткой — полная противоположность сестре, темные волнистые волосы, карие глаза, без выдающихся форм, но вполне привлекательная. Мы выпили по коктейлю и поехали ко мне. Девчонка не из пугливых, сама стала раздевать меня, я ласкал ее загорелое разгоряченное тело, и уже давно был готов, но черт ее дернул меня поцеловать. Я будто очнулся, поцелуй продолжался на автомате, пока я не прервал его. Не то. Ноль. Пустота. Она никто для меня. Я ее не знаю и не хочу знать. Все.
Не знаю, что про меня подумала девушка, когда я спешно вызвал ей такси, мне было уже безразлично. Свои попытки я повторял еще дважды, все одно. Лишь однажды, после корпоратива по случаю удачной сделки, меня, напившегося вдрызг, затащила к себе в номер такая же пьяная сотрудница филиала, тоже из России. Не помню, что она со мной делала ночью, но на утро недовольно жаловалась, что я ей какай-то девкой все уши «оттоптал».
Раз в неделю Димка давал устный отчет, чтоб не перечитывать, как Джейн встречалась с друзьями, и пресловутым Максом тоже, все было вполне пристойно, кроме, по моему мнению приветственных и прощальных объятий. Занималась с репетиторами, чтобы наверстать упущенное и сдать экзамены за десятый класс. Обычные будни шестнадцатилетней девушки, за исключением того, что она не ходила в школу, пока.
Моя же жизнь казалась мне серой, и нескончаемой пеленой тянулась неизвестно куда.
Весь следующий день я провела дома, какой смысл выходить на улицу, настроение ниже плинтуса… А вечером Марк разрешил позвонить друзьям. Номера Макса, Светы и Насти я помнила наизусть. Только вот телефон Макса выдал «этот номер больше не обслуживается» и я решила позвонить пока Свете.
— Привет, это Джен.
Молчание в трубке затянулось.
— Свет, ты слышишь меня? Это я, Джейн.
Через непонятное хлюпанье я услышала заплетающуюся речь подруги.
— Джейн? Боже! Ты живая! Где ты была столько времени?
— Света, я так рада тебя слышать, ты не представляешь! — уже сквозь слезы произнесла: — давай завтра встретимся, я тебе все расскажу.
— Давай, конечно. После школы, часика в три. А тебя разве не ищут уже?
— Думаю, что нет. Ты не против будешь, если к нам Макс и Настя присоединятся, просто не хочется несколько раз повторять свою не слишком приятную историю.
