Что ни говори, умеет зацепить. Совесть, пробиваясь сквозь алкогольный пофигизм, грызла меня изнутри.
— Так, девчонки, прекратите. Аня, воспитанием уже поздно заниматься, — прервал дядя Юра маму, — лучше рассказывайте, как у вас дела.
— Как видишь. Любовь…
Мои щёки начали наливаться румянцем.
— Ну, Мария вроде большая девочка, давно пора.
Гостей всем составом разместили в гостиной. Дядя Юра с женой расположились на большом раскладном диване. Для Марины перенесли с прихожей кушетку. Мы с мамой ночевали теперь в моей спальне на двуспальной кровати. Мама не разговаривала со мной весь оставшийся вечер и только выдала недовольным тоном: «Я тебя просила только об одном — ставь меня в известность о своих планах. Это так трудно сделать?»
Я промолчала в ответ. За весь вечер, проведённый с ним, я не вспомнила о данном мною обещании. Все мои мысли были о нём или о предстоящей встрече с ним, о его голубых глазах, губах, обжигающих всё на своем пути.
Дядя Юра точная копия моего отца. У них было одно день рождение на двоих. И много чего одно на двоих: вещи, книги, друзья, увлечения. Я иногда думала: Хорошо, когда у тебя всё время рядом с тобой неразлучный друг и он же твой брат близнец. Люблю смотреть на него в их нечастные приезды. Как будто папа здесь. И нет нелепой аварии. Но грустная действительность перечёркивает секундное наваждение. Дядя Юра даже улыбался, как папа. Лучезарно и искренне, и с ямочками на щеках. Всё время, пока дядька гостил у нас, мы с Костей виделись только по дороге на мою работу и с неё. Костя писал вечерами мне смешные сообщения с милыми картинками, как влюбленный мальчишка, но я скучала не меньше. Мне хотелось опять оказаться в красивой спальне на большой кровати Константина. Я любила, когда дядя Юра приезжал в гости. Но насколько я люблю своего дядьку, настолько я негативно отношусь к Марине, моей двоюродной сестре. Отдых и времяпровождение моей двоюродный сестры Марины возложили на меня. Мама мои возражения не приняла. Я постаралась, как могла, провела про всем интересным и не очень интересным местам… Больше всего Марине понравилось ходить по барам и кафешкам. Вся моя зарплата за месяц, запланированная мною на усовершенствование гардероба нижнего белья, безвозвратно растаяла в увеселительных заведениях. Мама шипела на мои высказывания. Мне пришлось смириться и принять ситуацию. Всякий раз, ближе к одиннадцати, зависая в очередном гадюшнике, я откровенно скучала и ждала, когда моя младшая сестренка наиграется во взрослую жизнь и мы поедим домой. Или отчаянно отбивалась от её пьяных ухажеров. Если с ней что-то случится, а без меня давно случилось бы, мама «подвесит меня головой вниз» за любимую крестницу.
В этот раз мы выбрали новомодное, только что открывшееся заведение в центре города. Обстановка бара мне понравилась, контингент тоже пойдет, и я потихоньку тянула безалкогольный коктейль у стойки бара, периодически поглядывая за веселящейся на тёмном танцполе младшей без башенной сестренкой. Тяжелая рука легла мне на плечи, и я вздрогнула от неожиданности.
— Привет. Скучаешь? — пропел мне знакомый голос.
Я внутренне напряглась — не очень люблю обнимашки с незнакомыми мне людьми. Я обернулась с каменным лицом поставить наглеца на место.
— Не может быть! — я застонала про себя.
Передо мной, улыбающийся во весь свой красиво-сделанный у дорогого стоматолога рот, стоял Игорь.
— Привет, Игорь. Не скучаю, Сестру охраняю.
— Говорила, что собираешься уезжать из города. Классно выглядишь, — пропел Игорь, обглядев меня ног до головы.
Конечно, моё чёрное короткое обтягивающее платье сидело на моей фигуре превосходно. Я уже и пожалела, что надела его. За целый вечер мне уже надоели слюнявые взгляды пьяных мужчин.
— Уже вернулась. Спасибо, — я постаралась взять дистанцию от Игоря, — Я всегда хорошо выгляжу.
— Бесспорно. Но сегодня ты так сексуальна, что мужчины вокруг постоянно заглядываются на тебя.
Прямо в лоб. Как всегда, без намеков. Уж не за себя ли речь?
— Как твой малыш? Наверное, уже родился?
Брови Игоря поползли вверх, а лицо тронула неприятная мимика. Интересная реакция на рождение ребенка, я ожидала радость, гордость. Удивил.
— Да всё хорошо. Растет. Пеленки, памперсы, крики по ночам.
— Что-то ты не совсем рад.
— Иногда напрягает вся эта возня.
— Дети — это не просто цветы жизни для украшения серых будней, а постоянный труд, и не только одному родителю, а обоим, — я постаралась уколоть Игоря.
— Ты лучше за себя расскажи. Как жизнь?
— Хороша, как никогда. Развлекаемся с сестрой.
— Да, я увидел тебя в компании молодой девицы.
— Это моя сестра Марина.
— Ты всё также сама или встречаешься с кем?
— И здесь всё отлично.
Такая настойчивость уже начала меня напрягать.
— Тебе, может быть, купить что-нибудь выпить?
— Спасибо, не надо. Я за рулем.
— Я оплачу такси.
— Игорь, что за настойчивость? Тебе так хочется меня напоить?
— Хочу, чтобы ты расслабилась.
— Уфф. Я и не напряжена.
— Привет честной компании! — закричала Марина, перекрикивая громкую музыку. Из-за хорошего количества принятого спиртного, Марина прямо-таки тяжело стояла на ногах.
