— А что? Было бы весело.
Через двадцать минут мы, наконец, замыкали квартиру, и я уже злилась на её постоянную забывчивость и долгие сборы. Роман сразу же вручил мне букет красивых роз. Мило, конечно, и неожиданно.
— Мария, вы прекрасно выглядите.
— Спасибо. Цветы бесподобные.
Роман открыл дверь и пригласил меня присесть на переднее сидение автомобиля. Похоже, расстановка сил определили заранее. Настя уже вовсю щебетала с Данилом на заднем сидении, как будто знала его вечность. Я поражалась её качеству с ходу находить общий язык даже с незнакомыми людьми.
— Маша, вы любите лошадей?
— Она их обожает, — смеясь, ответила за меня Настя.
— Вот как? Тогда вам на ипподроме будет не скучно. Это конноспортивный клуб, здесь и учат ездить верхом, и скачки устраивают. Очень известное место не только в Питере, но и по всей России.
Мы немного припоздали и пробирались сквозь толпу занять свои места. Настя с Данилом поставили деньги на скакунов, мы с Романом воздержались. Жокеи уже вывели грациозных скакунов и красивым рядом поставили перед зрителями.
— Хороши, не правда ли? — Роман почти кричал мне в ухо.
— Они великолепны.
Мне вдруг стало тревожно. Я огляделась вокруг веселящейся толпы, и мой взгляд упал на высокую статную фигуру мужчины. Не может быть… Слишком знакомые очертания…Я не могла не узнать Костю. Это просто какое-то наваждение. Я закрыла глаза и схватилась руками о поручни, испугавшись вдруг ставшего ватным своего тела.
— Простите, Роман, я на минутку.
Роман повернулся ко мне: «Маша вы бледная? Вам нехорошо? Я вас провожу».
— Не надо. Это, наверное, клаустрофобия. Я боюсь, когда вокруг меня мало пространства. Я чуть подышу свежим воздухом и подойду.
— Маш, — начал Роман, но я жестом его прервала и рванула к выходу.
Подальше от призраков прошлой жизни. Я так старательно проделала большой путь физически и морально. Я удалялась подальше от своих душевных мук, чтобы не возвращаться в рвущую мою душу на части напоминание о любви к Константину.
Я вылетела из входа ипподрома и быстрым шагом направилась подальше от этого суетливого места, напоминающего мне о человеке, которого я так хочу забыть.
— Маша…, - его глубокий звучный голос.
Я так долго ждала этого. Мечтала и просила, чтоб меня услышали и уже перестала надеяться, но он сейчас за моей спиной… Я остановилась и замерла на месте. Там, на ипподроме, мне не показалось. Я узнаю из тысячи силуэт любимого человека.
Я повернулась.
— Маша, не уходи.
Он стоял в десяти метрах от меня, такой же родной и любимый. Протяни только руку. Я чуть отшатнулась от воспоминания. Как я протягивала руки и слышала только оскорбления. Как можно за тысячи километров свести меня с ним в огромном городе? Судьба просто смеется надо мной! Только бы не показать свою слабость и расплакаться прямо здесь. Костя сгреб меня в свои крепкие объятия и уперся лицом в шею.
— Маша, — прошептал Костя, — ты просто моё наваждение. Я не могу жить без тебя.
Мы встретились губами. Два одиноких и любящих сердца. И я тонула, опять тонула в водовороте своих чувств — смеси страха, любви и страсти. Он здесь. И большего не надо.
— Моя машина здесь недалеко. Пойдем поговорим.
Я только качнула головой в ответ. Моё тело мало слушалось меня. Голос разума ещё возмущался моим глупым поведением.
Глупая Маша растаяла сразу при первом его поцелуе.
Божественном поцелуе…
— Куда мы едим? — спросила я, наконец, хриплым, незнакомым мне голосом.
Костя пожал плечами.
— Я толком не знаю города. Хотелось подальше от людей.
За окном мелькал городской пейзаж, стройные ряды высоток и магазинов. На горизонте появилась макушки деревьев городского парка, и Костя, прибавив скорость, направился к нему. Припарковавшись возле большого раскидистого парка, Костя развернулся ко мне.
— Маш, — Константин взял мои руки, — я не могу без тебя.
— Я говорила тебе когда-то то же самое: что я не могу без тебя, что мне никто не нужен, кроме тебя. Ты же меня не услышал.
— Зачем ты сюда сбежала? Я бы перебесился, и всё вернулось на круги своя.
— Хотела забыть тебя. Видно, дальше надо было бежать.
— Я теперь понимаю, что это судьба. И мы бы всё равно пересеклись.
Меня бил озноб, и ледяные руки не согревались в его горячих ладонях.
— Маша, девочка моя, я так соскучился за тобой.
Тёплая улыбка тронула его губы. Я провела своей холодной рукой по его губам. Его ладони на моей шее. Сильные руки, стягивающие свитер и рубашку под ним. Я не сплю. Я украдкой ущипнула себя. Нет, моя любовь наяву.
— Пошли на заднее сидение, — прошептал мне Костя. Мои руки тут же скользнули по накаченному и гладкому торсу. Я торопливо расстегивала ремень его брюк. Вещи полетели в разные стороны. Кровь гнала по венам разгоряченную страсть и закинув голову, я медленно раскачивалась верхом на Константине, крепко, до боли держащего мои ягодицы.
— О… Маша, девочка моя, как хорошо.
