Асока неспешно, но всё же почти уверенно ослабила хватку, позволяя оружию соскользнуть с её хрупких ладоней и медленно двигаться вниз, навстречу с другим бесполезным хламом, где было ему и место, где было место прошлой жизни Тано. Девушка молча наблюдала за тем, как её прежняя реальность углубляется в недра мусорного ведра, и чувствовала, что поступает правильно, словно мстит всем тем, кто отказался от неё когда-то, от её искренней и безответной любви, навсегда отрекаясь даже от самого малейшего шанса, от самой крохотной возможности вновь стать джедаем. Это было её решение. Решение взвешенное и обдуманное. И если ещё сегодня утром Асока сомневалась и допускала возможность того, что она могла вернуться обратно в орден, то вот сейчас девушка окончательно поняла, что эта жизнь, полная обмана и лжи, полная лицемерия и безразличия, ей была уже не нужна. И тогрута знала, как с ней поступить. Знала до последнего момента, пока в её милую головку не пришла другая, более рациональная идея как распорядиться «своей жизнью», то бишь своими мечами.
Осталась всего пара миллиметров, прежде, чем оружие Тано рухнуло бы в грязный и бесполезный хлам, как руки девушки резко взметнулись и Силой притянули обе металлические рукоятки обратно. Да, когда-то мечи были частью жизни будущего джедая Тано, жизни навязанной ей другими, и ассоциировались у неё с одними воспоминаниями. Теперь же Асока решила, что пора этим злосчастным клинкам стать частью чего-то другого, чего-то большего, её новой судьбы свободной и вольной, подвластной выбору только самой Асоки, и ассоциироваться они будут у неё лишь с тем, с чем она захочет, с радостью и наслаждением, которое приносили ей её развлечения, её привычные занятия, её любимый наркотик КХ-28. А всё остальное тогрута быстро забудет при помощи этого чудодейственного средства, раз и на всегда вырвет из собственного сердца и выкинет на помойку за ненадобностью, но только не её мечи. Ведь они как ничто другое всё ещё были нужны Асоке для того, чтобы раздобыть денег на её «анестезию». По крайней мере, сегодня. А расстаться с мечами, если захочет, Тано ещё успеет.
Крепко сжав в собственных пальцах рукоятки оружия, тогрута-наркоманка хищно ухмыльнулась, заприметив недалеко от себя очередную жертву. Пусть эти предатели - Пло и Энакин видят, что стало с их примерной и милой девочкой-джедаем, пусть знают, как она теперь использует свои мечи. Активировав яркие салатовые клинки, Асока с огромным энтузиазмом ринулась вперёд, «на дело».
Спустя пару часов Тано, собрав необходимую сумму, была уже на месте, в таком знакомом и любимом ей грязном наркопритоне. Ещё издалека заметив «своего лучшего друга» наутолана-торговца дурью, Асока громко выкрикнула, привлекая его внимание к себе:
- Эй, магистр Фисто, привет!
В очередной раз услышав от Асоки знакомое имя, парень быстро закончил разговор с каким-то другим наркоманом и, сунув тому в руки пакетик с неким порошком, обернулся в сторону девушки.
- Ааа… Это ты, Рогатая. Ну, привет, привет. Что пришла за очередной дозой? – наутолан вежливо и весело улыбнулся, пересчитав деньги, которые вручил ему прежний покупатель, и быстро сунув их в карман, слегка прищурился, а затем добавил, - Кстати мне всегда было интересно, кто такой этот магистр Фисто, кто-то крутой и важный?
Подойдя с своему «новому лучшему другу» поближе, тогрута спокойно ответила:
- Один из мастеров-джедаев, кого я знала раньше, ты на него невероятно похож внешне, - девушка недовольно поморщилась от вновь нахлынувших на неё старых воспоминаний, чувствуя, как ощущение ломки с каждой секундой всё усиливается и усиливается, она итак слишком долго ждала, и этот бесполезный разговор начинал раздражать Тано, отчего Асока решила поторопить наркоторговца, - Дай мне поскорее КХ-28. Пятерную дозу.
Однако «магистр Фисто», как будто и не замечал того, что девушка была почти на пределе, продолжая и продолжая разглагольствовать на какие-то отстранённые темы, абсолютно спокойно и размеренно.
- Ха, джедай, - весело и задорно ухмыльнулся наутолан, - Нет уж, не хочу быть джедаем, они все жалкие слабаки, слишком быстро ломались, поверь мне, детка, я многих повидал. Так что зови меня лучше, как и прежде, Головоног. Так привычнее, пожалуй, - парень ещё сильнее улыбнулся, казалось, умным и дельным для него словам, как-то мельком взглянув на собственные ногти на руке, а затем, переведя свои чёрные хитрые глазищи на тогруту, поинтересовался, наконец-то перейдя к делу, - Пятерную дозу? Зачем тебе так много, Рогатая?
Асока уже начинала терять терпение, её слишком сильно «колбасило» из-за всего пережитого сегодня, и морально, и физически. Но девушка понимала, что попробуй она наброситься на Головонога с кулаками, или хотя бы просто нахамить, доступ к заветному наркотику ей навсегда будет закрыт, отчего Тано, изо всех сил продолжала держаться. До боли сжав пальцы на руках в кулаки и стиснув свои жемчужно-белые зубки, тогрута коротко процедила:
- Сегодня у меня особый повод.
