Ты найдешь – я расправлюсь полностью

Жарким июльским днем я дремал у себя в кабинете. Заняться было нечем, и никто меня не беспокоил. Внезапно зазвонил телефон, и я поднял трубку.

— Да, Джина?

— Звонит мистер Шервин Чалмерс, — прерывающимся от волнения голосом произнесла Джина.

У меня тоже перехватило дыхание.

— Чалмерс? Господи! Он что, здесь, в Риме?

— Он звонит из Нью-Йорка.

— О'кей, соедини его со мной.

Я в течение четырех лет заведовал корпунктом «Нью-Йорк вестерн телеграм» в Риме, и впервые мне звонил Чалмерс, владелец газеты. Он был мультимиллионером, газетным магнатом и большим докой в наших делах. Звонок Шервина Чалмерса означал для меня примерно то же, что и приглашение от президента на чай в Белом доме.

В трубке послышались обычные щелчки, и затем строгий женский голос произнес:

— Это мистер Доусон?

— Да.

— Вы можете сейчас поговорить с мистером Чалмерсом?

Я ответил, что могу, и подумал: интересно, как бы она отреагировала на мой отказ?

Послышались еще щелчки, и потом голос, звучавший как удары молота по наковальне, пророкотал:

— Доусон?

— Да, мистер Чалмерс?

Последовала пауза. Я сидел, ожидая взбучки.

— Слушай, Доусон, — сказал Чалмерс, — завтра в Рим в одиннадцать пятьдесят прилетает моя дочь. Я хочу, чтобы ты ее встретил и отвез в отель «Эксельсиор». Моя секретарша забронировала для нее номер. Встретишь?

Мне было известно, что он женат четвертым браком, но известие о дочери стало для меня новостью.

— Она собирается учиться в университете, — продолжал он, выдавливая из себя слова так, как будто весь этот разговор ему предельно надоел. — Я ей сказал, чтобы, если у нее будут какие-нибудь проблемы, она звонила тебе. Только не давай ей денег. Она будет получать от меня шестьдесят долларов в неделю, и этого для молодой девушки вполне достаточно. Но ты можешь понадобиться, если она заболеет или еще что-нибудь случится.

— Так у нее здесь совсем никого нет? — поинтересовался я. Свои способности быть нянькой я оценивал не слишком высоко.

— Она найдет с кем пообщаться, — ответил Чалмерс. В его голосе слышалось нетерпение.

— О'кей, мистер Чалмерс. Я ее встречу, и, если ей что-нибудь понадобится, я этим займусь.

— Это мне и нужно. — Снова последовала продолжительная пауза, и мне стало слышно его тяжелое дыхание. Перед моим мысленным взором предстал невысокий, полный человек с подбородком, как у Муссолини, глазами, как острие стилета, и ртом, как медвежий капкан.

— Хаммерсток говорил со мной о тебе на прошлой неделе, — отрывисто сказал Чалмерс. — Он подумывает, не вернуть ли тебя обратно.

Я сделал глубокий вдох. Эту новость мне очень хотелось услышать уже десять месяцев.

— О, это было бы очень здорово.

— Я подумаю.

На этом он прервал разговор. Я повесил трубку, немного отодвинул свое кресло, чтобы мне было легче дышать, и стал смотреть на противоположную стену, размышляя над тем, как хорошо было бы вернуться домой после четырех лет работы в Италии. Нельзя сказать, что мне не нравился Рим, но пока я был здесь, мне не светили ни прибавка жалованья, ни повышение в должности.

Встав со своего кресла, я направился к Джине в приемную.

Джина Валетти, симпатичная жизнерадостная брюнетка двадцати трех лет, с самого начала моего пребывания в Риме была моей секретаршей и доверенным лицом. Женщины с такими линиями тела и таким взглядом, да еще умеющие элегантно одеваться, всегда сильно на меня действовали.

Она оторвала руки от пишущей машинки и вопросительно на меня посмотрела.

Я рассказал ей о дочери Чалмерса.

— Все это ужасно, не правда ли? — спросил я, присаживаясь на краешек ее стола. — Какой-то напыщенной толстушке студентке нужны мои советы и забота — и все это во имя «Вестерн телеграм».

— Она может оказаться очень симпатичной, — холодно заметила Джина. — Если вы влюбитесь и женитесь на ней, то наверняка будете счастливы.

— У тебя только свадьбы на уме, — сказал я. — Все вы, итальянки, одинаковые. Ты не видела Чалмерса — а я видел. Она никак не может быть симпатичной, если он ее отец. Кроме того, вряд ли он захочет сделать меня своим зятем.

Она смерила меня долгим, внимательным взглядом.

— Подождем, пока вы ее увидите.

Оказалось, что Джина не права, но и я был не прав. Хелен Чалмерс не отличалась особой красотой, но не была и напыщенной толстушкой. Она носила очки в роговой оправе и была скучна так, как может быть скучна только с головой ушедшая в учебу примерная студентка колледжа.