- Шампанского! - закричал де Торрес. При таких темпах его винные подвалы скоро опустеют. - Лучшего! О геройстве этих часов будут сложены легенды!
Мы расселись по креслам и подняли бокалы. Вскоре по моему телу разлилось блаженное тепло; шампанское было действительно из лучших. После того, как мой стакан наполнили трижды, я, оставляя мрачные подробности и преувеличивая, где надо, неспешно повел рассказ о своем визите к диктатору:
- …Положив трубку, я спокойно вышел. Доехав на автомобиле до аэродрома, пересел в вертолет. И вот я здесь, с вами, пью шампанское.
- Потрясающе! - вскричал маркиз. - Нужно обладать невероятной отвагой, чтобы, как вы, пойти в логово смертельно опасного врага.
- Уверен, маркиз, для своего сына вы бы сделали то же самое.
- Конечно, но удачный случай выпал не мне, а вам. И какая поразительная храбрость - нести смертельно опасных микробов на кончиках пальцев…
Конец его фразы потонул во взрыве всеобщего хохота. Анжелина склонилась и похлопала его по плечу.
- Не обижайтесь, маркиз, мы смеемся не над вами, а над дурнем Сапилоте. Самое потешное во всей этой истории, что мой муж не способен убить кого-либо. Он не ввязался бы в операцию, будь хотя бы малейшая вероятность, что умрет человек. Даже такой гнусный, как Сапилоте.
Маркиз недоумевающе моргал.
- Это выше моего понимания.
- Никакого смертельного вируса не было. Ногти покрывали безвредный пиретоген и анестезирующее. От первого у Сапилоте поднялась температура, от второго занемели конечности. Оба препарата действуют не более четырех часов, поэтому такой срок и был назначен.
- Но доктор?.. Инъекция?..
- Инъекция - безобидный биораствор. Теперь вы понимаете, в чем хохма? Смертельная болезнь диктатора была пустым блефом! Мой муж - не только величайший из героев Галактики, но и величайший пройдоха и актер!
В показной скромности я опустил голову. То, что сказала жена, - чистая правда и, по-моему, всем очевидная.
Дальнейшая часть вечера прошла для меня болезненно, так как действие новокаина прекратилось прежде, чем врач залечил мои синяки и ссадины. И ребра. Оказалось, что проклятый Оливера сломал мне целых три ребра. Пока врач вводил мне в ребра восстановитель костной ткани, а затем бинтовал грудную клетку, я сидел и клял Оливеру последними словами. Наконец врач закончил, и маленькая доза новокаина и большая рона погрузили меня в заслуженный сон.
Утром Анжелина не будила меня, и я выспался на славу. Выпив две чашки кофе из заботливо оставленного ею на ночном столике у изголовья кофейника, я встал и спустился вниз.
- Как мы себя чувствуем? - спросила Анжелина.
- Не знаю, как себя чувствуете вы, но у меня ощущение, что вчера по мне проехал дорожный каток.
- Бедненький! - Анжелина пригладила мои взъерошенные волосы и коснулась лба губами. - Мальчики подготовили тебе сюрприз. Уверена, ты позабудешь обо всех неприятностях.
Дверь распахнулась, в комнату вошел Джеймс, неся проекционный телевизор, за ним следовал Боливар со свернутым экраном. Я непроизвольно поморщился.
- Ненавижу чертов ящик. Особенно утреннюю жвачку для дебилов.
Анжелина легонько хлопнула меня по лбу.
- Утро ты уже проспал, а сейчас - полдень, традиционное на этой планете время обеда. После сытной трапезы местные жители плюхаются перед включенным телевизором и, поглаживая вздувшиеся животы, просматривают новости.
- Мой живот прилип к спине, - пожаловался я. - И я ненавижу телевизионные новости.
- Вот и горничная с завтраком из девяти блюд для героя, - сообщил Боливар, давая проход катившей перед собой сервированный столик горничной. - Попав в засаду возле Центра вещания, мы резонно предположили, что нашу аппаратуру обнаружат. И действительно обнаружили. Наши обманки. Джеймс вчера проверил цепи, настоящая аппаратура работает нормально. Мы чуть ли не всю ночь готовили пленку к эфиру. Уверен, наш выпуск новостей тебе придется по сердцу.
- Ну и балда же я! - воскликнул я с набитым ртом. - Позабыл обо всем на свете. Забираю свои опрометчивые замечания обратно. Анжелина, любовь моя, садись рядом, бери самую большую отбивную, посмотрим передачу вместе.
Я покончил с завтраком, а на экране закончилась предшествующая выпуску новостей программа. Это была романтическая опера с бесчисленными слащавыми любовными сценами, бездарными актерами и идиотской интригой, какие по вкусу лишь умственно отсталым. Прежде чем я дотянулся до чего-нибудь тяжелого, намереваясь запустить в телевизор, кончилась очередная серия и последовала реклама. Из нее мне понравилась лишь реклама рона, остальное - тоска зеленая… К счастью, все, даже реклама, имеет конец. Под звуки фанфар на экране пошла заставка выпуска новостей, затем появилась смышленая на вид девица в очках.
- Добрый день, леди и джентльмены. Как всегда в это время - новости. Из столицы получено радостное сообщение: состояние здоровья генерал-президента Сапилоте после вчерашнего отравления несвежей рыбой улучшилось. Наш дорогой генерал-президент, мы все желаем ему скорейшего выздоровления и…
