Я высунул голову из окошка.
- Что-нибудь видишь? - обратился я к сидевшему на крыше автомобиля Джеймсу.
- Задраили грузовой люк, должно быть, готовятся к старту. Подожди… Да, именно, только что вышел один из экипажа, отстыковал от корпуса корабля разъем силового кабеля и вернулся внутрь. Теперь их корабль перешел на внутреннее питание. Рабочие и служащие обеспечения уезжают.
- Хорошо. Залезай в машину, мы начинаем.
Джеймс спрыгнул на мостовую и через миг уже оказался на переднем сиденье. Боливар тут же тронул машину. Мы выехали из темного ангара на залитый солнцем космодром. Я повернул голову и невольно залюбовался сидевшей рядом Анжелиной.
- В одежде медсестры ты восхитительна! Жаль, что не прихватил белый хлыст.
- Тебе в самом деле нравятся подобные вещи? Вот не знала. - Она будто не заметила моего шутливого тона. - Как, по-твоему, юбка не слишком коротка?
- Очень коротка и очень тебе идет. - Я погладил ее по гладкой бархатистой коже между коленкой и юбкой. - Идея отвлечь экипаж, на мой взгляд, замечательная. А ты, дорогая, самая отвлекающая штучка на всей этой планете.
- Да и ты при усах и в мундире вроде на человека стал похож.
Я подкрутил кончики усов, небрежным взмахом руки позвенел медалями, полюбовался чистым отглаженным мундиром и танцующими по салону бликами от кокарды на моей фуражке.
- Каждый уважает власть. Чем больше на тебе символов власти, тем больше почета и уважения. О, да мы прибыли. Начинаем операцию под кодовым названием «Виват, медицина».
Я вылез из машины и не спеша поднялся по трапу. За мной следовала Анжелина, шествие замыкали близнецы в белоснежных халатах и с огромными саквояжами в руках. Увидев нас, вахтенный у входа вытаращил глаза, но внутрь не пропустил.
- В корабль нельзя. Через три-четыре минуты старт.
Я осмотрел его с головы до пят с таким выражением, будто он только что вылез из-под тяжелых обломков. Дождавшись появления обеспокоенности на его лице, я достал из кармана свиток и развернул. Пластик был испещрен черными и красными печатными буквами, внизу красовалась огромная золотая печать. Я заговорил, мой голос - сама суровость:
- Видел? Распоряжение о карантине от Министерства здравоохранения. Ситуация не терпит отлагательств. Быстрей веди меня к капитану.
Он скривился, но повел. Как только его спина скрылась за поворотом коридора, Боливар и Джеймс задраили люки шлюза.
Мы вошли в каюту капитана, хозяин ее одарил нас хмурым взглядом.
- Что происходит?
- Вы капитан Сего де Авила? - Дождавшись его утвердительного кивка, я продолжал: - У меня предписание о проведении инспекции Министерства здравоохранения. Прежде чем корабль взлетит, осмотрю ваших людей.
- Какого черта идиоты бюрократы в Приморосо суют свои носы в мои дела?! График!.. У меня жесткий график полетов! Если не взлетим в ближайшие полчаса, то…
- Вы взлетите вовремя, это я вам обещаю. Поймите, осмотр не прихоть, а необходимость, проводится ради вашего же блага. На планету проник редкий инопланетный вирус. Откуда, пока неизвестно, ведутся поиски. Болезнь заразна, называется перротонитус.
- Впервые слышу о такой.
- Это лишний раз говорит о том, насколько редка болезнь. У зараженных этим вирусом сначала поднимается температура, затем обильно выделяется слюна, временами они рычат, как собаки. Имеется веское подозрение, что один из членов вашего экипажа заражен.
- Кто?
- Вот он. - Я ткнул пальцем в приведшего нас сюда вахтенного. Тот попятился. - Сестра, осмотри его горло.
Вахтенный неохотно открыл рот. Анжелина повернула его голову к свету и, прижав язык деревянной палочкой, заглянула в глотку.
- Гортань воспалена, - сообщила «сестра».
- Я не болен! - взвыл вахтенный. Из уголков его губ потекла слюна, и он поспешно вытер рот горячей ладонью. - Я не… - Он зарычал, затем дважды гавкнул.
- Это он! - закричал я. - Скоро хвостом завиляет. Держите же его, я его вмиг вылечу!
Боливар схватил несчастного за левую руку, Джеймс - за правую. Они уложили подвывавшего вахтенного на палубу, и я сделал ему укол. Препарат из шприца не только усыпил его, но и нейтрализовал действие растворов, которые всосались в его кровь через слизистую оболочку рта, когда Анжелина прижимала язык деревянной палочкой.
Я оглядел бесчувственное тело у ног.
- Вовремя мы его выявили. Придя в себя, он будет здоров. Капитан, постройте экипаж для проверки. Если вы поторопитесь, то взлетите по расписанию.
Команда построилась быстро. Через пять минут у большинства были выявлены симптомы опасного заболевания, и они сопели на палубе. Бодрствовать остались лишь вахтенные машинного отделения и офицеры рубки управления. И вовсе не случайно.
Я одобрительно кивнул сыновьям, достал из саквояжа большой пистолет и нацелил его на капитана.
- Мы захватили ваш корабль! Да здравствует Революция!
- Что это значит? Вы - сумасшедшие?
