- Кукарача на связи. - Чиновник на экране опустил глаза на бумаги в руках. - За Сапилоте проголосовало шестнадцать избирателей, за Харапо… девятьсот восемьдесят. Желаем сэру Харапо крепкого здоровья!
Человек на экране обеспокоенно огляделся и исчез.
Ко мне придвинулся маркиз и прошептал на ухо:
- Отлично сделано. Никогда бы не догадался, что говорил не живой человек, а смодулированное компьютером изображение.
- Дела, маркиз, обстоят даже лучше, чем вы думаете. Говорил настоящий человек. И распределение голосов тоже настоящее. Будем надеяться, что и дальше все пойдет так.
Но получилось иначе. Приспешники Сапилоте не дремали, и после следующего сообщения счет оказался не в мою пользу. Так и пошло, из избирательных участков поступали результаты, и после каждого то я вырывался вперед, то - Сапилоте. Так мы с ним и шли голова к голове. Счет на табло постепенно увеличивался, напряжение в зале тоже.
- Весьма острые ощущения, - поделился со мной маркиз. - Выборы возбуждают не меньше, чем бои быков. У меня даже в горле пересохло. Я случайно прихватил с собой фляжку с роном девяностолетней выдержки. Чертовски хочется глотнуть. Не подскажете, долго ли еще до конца?
- Осталось четыре округа.
- Какие из них наши?
- Не знаю, - признался я. - Давно сбился со счета.
На первом участке победил Сапилоте. На следующем - я, но общий счет все равно остался не в мою пользу. Поступило сообщение из третьего участка. После него я отставал на семьдесят пять голосов.
- Лучше бы мы подделали все сообщения! - воскликнул маркиз.
- А еще лучше - пристрелили бы старого Канюка, - недовольно заявила Анжелина.
- Мы - демократы, - сказал я. - Разве забыли? Один гражданин - один голос, и результат неизвестен до самого конца…
- Внимание, леди и джентльмены. Поступил еще один результат. Последний!
На экране над нашими головами появилось очередное лицо, и мы вывернули шеи, силясь разглядеть его получше.
- Несказанно рад, что финальный результат принадлежит именно нашему Салисомбре - городу-саду на южном берегу океана… - Чиновник запнулся, слушатели недовольно забормотали, я заскрипел зубами. - В нашем городе по результатам голосования следующие итоги… Минуточку, сейчас сверюсь с записями…
- После выборов первым делом казню этого шута горохового! - донеслась до нас реплика Сапилоте.
Маркиз кивнул, первый и последний раз соглашаясь с диктатором.
- А, вот и бумаги. Рад сообщить, что жители великолепного города Салисомбре отдали 819 голосов за нашего дорогого генерал-президента Сапилоте…
- Итак, старый негодяй опережает нас на 894 голоса, - прошептала Анжелина. - Придется все-таки его отравить.
- …А за другого кандидата… Забыл, как его зовут… А, вот мне подсказывают - Харапо… За него отдано… постойте… О господи! - Глаза чиновника округлились, на лбу выступил пот. - Я вынужден сказать, что за него отдано… 896 голосов!
Люди в зале точно с цепи сорвались. Сапилоте покраснел до корней волос и погрозил мне кулаком.
- Вы победили с отрывом в два голоса! - воскликнула Анжелина. - Ты, мой дорогой, и замечательный маркиз де Торрес!
- Правда восторжествовала! - неистовствовал маркиз.
Я встал, поклонился залу, нагнулся, поцеловал Анжелину, обменялся рукопожатием с де Торресом и, показав Сапилоте нос, подошел к микрофону. На меня были нацелены десятки камер, от шума закладывало уши. Я поднял руки, призывая зал успокоиться. Гвалт стих лишь минуты через три-четыре, и я заговорил:
- Спасибо, друзья, спасибо. Я скромный человек… - Анжелина захлопала в ладоши, и зал поддержал ее. Ожидая тишины, я стоял и улыбался. Наконец смог продолжить: - Как я уже сказал, я скромный человек и от волнения едва говорю. Но публика меня просит выступить, и я выступаю. В эту историческую минуту я торжественно обещаю…
Выстрела я не услышал. Меня отбросило на несколько метров и швырнуло на спину. Моя голова безвольно упала на грудь. Последнее, что я увидел - расползавшееся по сорочке кровавое пятно… Послесловие
Не исключаю, что где-то на задворках планеты есть люди, не знающие меня. Для них представлюсь. Мое имя - Рикард Гонсалес де Торрес, маркиз де ла Роса. Выполняя просьбу историков Параисо-Аки, я записывал события того черного для нашей планеты дня. Я - не профессиональный писатель, но мужчины из рода Торрес, как бы ни были обременены заботами, никогда не уклонялись от ответственности. Не уклонюсь и я, ведь мне больше других известно об обстоятельствах дела.
Начну, как и должно начинать рассказ, с начала. Я сидел позади благородного сэра Гектора Харапо, этого джентльмена, ученого, любящего и любимого отца. Любой самый возвышенный эпитет слишком беден для него. Но я отвлекся… Я сидел позади него, а он обращался к залу, к миру, ко всей Галактике. Это был час нашей величайшей победы, час, когда ненавистный Сапилоте потерпел сокрушительное поражение в ходе честных демократических выборов; сэр Харапо стал президентом Параисо-Аки, а ваш покорный слуга - вице-президентом. Мир в ту историческую минуту стал чище, лучше.
