Лерка ведёт плечом и не отвечает. Больше не задаю ей вопросов. В душе клокочет злость. Хочется хорошенько поколотить Ника за то, что он обидел мою сестру.
Дома уложил Ксюшу на кровать. Маленькая тут же утыкается носом в подушку. Она идеально смотрится на моей кровати. Когда она просит меня лечь рядом, я слышу, как моя выдержка трещит по швам. Понимаю, что моё желание долго ухаживать за Ксюшей летит в Тартарары. Рядом с ней я всегда теряю голову. Не могу не касаться, не вдыхать её запах, не прикасаться губами в нежной коже. Когда малышка уснула, аккуратно её переодел, стараясь не смотреть на стройное тело в своих руках. Слишком велико было желание прижаться губами к выступающим тазовым косточкам. Скользнуть языком во впадинку пупка. Что я потом и сделал, прижимая малышку к поверхности кухонного стола. От желания оказаться внутри неё было физически больно. Желание было настолько сильным, застилающим глаза, что я до сих пор удивляюсь, как смог совладать с собой.
Но здравый смысл шептал, что я нельзя лишить малышку невинности на деревянном столе. Она заслуживает большего. Для неё хочется создавать сказку. Чтобы видеть её улыбку. Видеть блеск в аквамариновых глазах. Знать, что она счастлива. И я отступил. С титаническим трудом оторвался от Ксюши. Но совершенно не ожидал, что Дюймовочка разозлится. Пытаюсь объясниться, но она не слушает. Сбегает из квартиры, громко хлопнув дверью. А я… Я отключаю плиту, надеваю куртку и иду на улицу курить. На телефон приходит сообщение от малышки. Открываю его и давлюсь сигаретным дымом. Моя волшебная девочка решила свести меня с ума. Только улегшееся желание накатило с новой силой. Ксюша лежала на простынях в кружевном чёрном белье, которое подчёркивало красивую маленькую грудь. Вновь и вновь сканирую фотографию взглядом. Дышу тяжело. Чёрт. Какая же она идеальная. Тёмные волосы волнами лежат на подушке, голубые глаза смотрят томно. В самую душу. Малиновые губки приоткрыты. Так и манят их коснуться. Наброситься на её рот оголодавшим зверем, коим я себя сейчас чувствую.
«Решила свести меня с ума, моя волшебная девочка?»
Отправил сообщение и в ожидании уставился на экран.
«Это в качестве извинения за моё поведение =)» — приходит ответ через полминуты.
«Спокойной ночи, Мишенька ;)» — следом приходит новое сообщение.
«Издеваешься?»
«Нет. С чего ты взял???»
«Я теперь ведь не усну!» — усмехаюсь.
«Прости?» — присылает ещё одну фотографию, с которой смотрит на меня щенячьим взглядом.
Набрал номер, желая снова услышать голос малышки.
Некоторое время смотрела на экран, на котором светилось имя моего любимого мужчины. Руки дрожали от волнения, когда я нажимала на зелёную кнопку приёма входящего вызова.
— Алло, — прижал телефон к уху.
— Дюймовочка моя, — хриплый вздох в трубку, — ты решила свести меня с ума?
— Нет, — вру, счастливо улыбаясь в потолок. Слышать загнанное дыхание мужчины оказывается невероятно приятно. Осознавать, что Мишка дышит так тяжело из-за меня, было приятнее вдвойне.
— У тебя это получилось, малышка, — хрипло смеется Мишка, посылая дрожь по коже. — Хочу тебя, Ксюша. Безумно сильно хочу. Внутри всё скручивает от желания, — голос мужчины стал тихим, интимным, пробирающим до мурашек. — Как бы я хотел оказаться сейчас рядом с тобой, моя хорошая. Снять с тебя все ненужные тряпки. Оказаться внутри твоего нежного тела, почувствовать твою тесноту.
Мишка шептал, а я с силой сжимала ноги, чувствуя, что желание огненной волной разносится по телу. Я прикрываю глаза и вслушиваюсь в хриплый голос Мишеньки, который рассказывает мне всё, что будет делать со мной, когда мы окажемся наедине. И мне кажется, что губы мужчины скользят по моей разгорячённой коже, а широкие ладони оглаживают бока.
— Девочка моя сладкая… нежная... красивая… хрустальная…
Понятия не имела, как Миша это делает, но казалось, что всё то, что он шептал интимно в трубку, происходит наяву.
— Всё бы отдал, чтобы увидеть сейчас твоё лицо, моя нежная, — прошептал Миша, когда я тихо застонала.
Запоздало засмущалась. Закуталась в одеяло с головой. Боже мой. Что этот мужчина творит со мной? Рядом с ним я превращаюсь в оголенный нерв. Достаточно услышать его голос, чтобы мысли разбегались в разные стороны, а колени подгибались.
— Выгляни в окно, Дюймовочка, — тихо попросил Мишка.
— Ты что, на улице стоишь? — прерывающимся от чувств голосом спросила я.
— Да. Курил.
На дрожащих ногах подошла к окну. В тусклом свете фонаря, который освещал улицу, увидела Мишу, который одной рукой прижимал телефон к уху, а другой держал сигарету у рта.
— Мне не нравится, что ты куришь, — призналась тихо, прижимаясь лбом к холодному стеклу, пытаясь охладить мысли. — Это вредно для здоровья. И запах отвратительный.
