В маске Чарли Чаплина в то время выступали многие клоуны советского цирка. Выступал в ней, и довольно удачно, коверный Яков Пименов. Свердловчанам он очень полюбился, так что они сразу поняли, о каком Чарли Чаплине идет речь. Именно его предстоящий визит к леопардам и заинтриговал всех.
После двух отделений и моего обычного выступления манеж опустел, но не надолго. На барьере появился Чарли Чаплин, и мы начали диалог.
Я привожу его здесь полностью, сознавая все его не совершенство, растянутость и даже некоторую упрощенность, ибо он был составлен на скорую руку, но мне хочется, чтобы читатели почувствовали, в чем смысл подобных «трюков».
- Здравствуйте, Александр Николаевич.
— Здравствуйте, Яша.
— Ваши леопарды пригласили меня на чашку чая.
— Если вас пригласили мои зверюшки, пожалуйста, заходите в клетку.
— Скажите, а как войти в нее?
— Идите по барьеру на конюшню, там имеется дверка, откройте ее и входите в клетку.
— Я так не могу. Принесите эту дверку ко мне сюда.
— Но это невозможно!
— Невозможно! В Москве целые дома переносят с улицы на улицу, там можно, а здесь какую-то дверку не могут перенести. (Направляется к дверке. Вбегает в клетку с разъяренным видом. Кричит, палкой и бичом бьет по тумбам.) Нерро! Оф! Оф! (Я отбегаю от него в сторону.)
— Чаплин! Остановитесь! Что вы делаете?
— Разве вы не видите, я укрощаю ваших леопардов.
— Но их здесь нет.
— Как нет! (Ищет их, опрокидывая тумбы.) И правда нет! Так давайте их сюда!
— Впустите пока двух друзей Чаплина. (Входят два леопарда. Чаплин, испугавшись, в отчаянии бросается на меня, садясь верхом на шею, дрожит.)
— Чаплин, что вы делаете?!
— Я… я… ничего, так. (Сбрасываю его со своих плеч. Он дрожит, ноги трясутся.)
— Что с вами?
— Со мной ничего…
— Почему же вы дрожите?
— Я не дрожу. Это у меня местная лихорадка.
— Ну, это не страшно. Как вы себя чувствуете?
— Неважно.
— Тогда еще не все потеряно…
— Александр Николаевич, посмотрите вот на того леопарда. Видите, он косится на меня.
— Он на вас не косится. Он строит вам глазки.
— Глазки?! Нет уж, пускай глазки он строит девушкам. (В это время легкой тушировкой вызываю леопарда на себя. Зверь прыгает с тумбы. Чаплин, испугавшись, опрокидывает другую тумбу и засовывает в нее голову. Я ударяю бичом по тумбе.) Милиция! Пожарная команда! Спасайте!
— Вылезайте! (Он вылезает, держась за брюки.)
— Александр Николаевич, вы видели, как он сейчас меня схватил?
— Никто вас не трогал. Просто это вам показалось.
— Показалось? А я думал, что леопард меня укусил.
— Ну, как вы себя сейчас чувствуете?
— Лучше…
— Как это понять?
— Лучше не спрашивайте. Разрешите выйти?
— Куда?
— В страхкассу. Жизнь застраховать.
— Теперь уж поздно.
— Скажите, а они у вас сегодня ели?
— Нет, они еще не завтракали.
— Ну тогда они имеют отличную возможность поужинать.
— Может быть, пригласить еще одного леопарда?
— Нет уж, избавьте. Пусть они идут к себе домой. (Леопарды уходят. Как только за ними закрылась дверка, Чаплин с бичом бросается за ними вдогонку.) Что! Испугались! Убежали! А то бы я им сейчас показал, где раки зимуют! (В это время один из артистов, одетый в шкуру леопарда, вбегает в клетку, подражает рычанию зверя и хватает Чаплина за ногу. Тот с истерическим криком бросается на клетку, пытаясь выбраться наружу. Артист сбрасывает с себя шкуру.)
— Эх! А еще укротитель называется!
— Зачем же так пугать людей (На радостях, что так все хорошо закончилось, он приглашает всех пить чай.)
Сцена проходила под непрерывный хохот зрителей. Пименов играл замечательно, а я втайне удивлялся его смелости.
Четыре вечера все шло гладко, и мы уже подумывали продлить наши выступления еще на несколько дней. Но надо же было на пятый день одному из леопардов посмотреть на клоуна каким-то особенным, долгим, пронизывающим взглядом, угрожающе зарычать в его сторону. Пименов сразу сжался, оробел и спрятался за мою спину. Кое-как дотянули мы нашу сцену до конца. Как ни уговаривали клоуна выступить еще, он отказался наотрез, несмотря на солидное добавочное вознаграждение.
Впоследствии в разное время эту сценку разыгрывали со мной другие клоуны. С удовольствием назову здесь этих смельчаков: Николай Лавров, Эдуард Середа, Георгии Карантонис, Евгений Бирюков, Алексей Назаченко, Георгий Андреев и другие.
Особенно мне нравилось работать с Николаем Лавровым. Меня поражали его профессиональное самообладание и сила воли.
— Знаете, Александр Николаевич, — признался он мне однажды, — я очень волнуюсь, когда вы впускаете в клетку Уголька, я в испарине, пот прошибает даже парик.
Я удивился: никаких накладок у нас с ним ни разу не случалось. Он даже импровизировал в клетке.
Надо сказать, что войти так сразу в клетку к леопардам, и даже вместе с дрессировщиком, не всякий решится. На одном из моих творческих вечеров в клетку должен был войти клоун Левкопуло. В афише значилось: «Комик Левкопуло впервые в жизни в гостях у леопардов».
