Нам жилось и дышалось легче,Оттого что был рядом друг,Не умевший сутулить плечи,По призванию политрук.Комиссар, что единым словомПолк поднять бы в атаку мог…Знаменитый поэт, лавровыйОн с усмешкой носил венок.Подлецы перед ним смолкали,Уползали льстецы с пути.Мог чужую беду рукамиСлуцкий запросто развести.Но рвануло из рук оружье —Уходила с земли жена.Даже им от вселенской стужиНе была она спасена…Сам себя присудил к забвенью,Стиснул зубы и замолчалСамый сильный из поколеньяГуманистов-однополчан.Друг! Беда тебя подкосила,Но воюет твоя строка.Словно колокол над Россией,Бьется сердце политрука.<p>До той поры</p>Три верных друга были у меня.И первый тот, кого всю жизнь любила,С кем грелась у домашнего огня,Ни разу не замерзнув, до могилы.Да, наши руки разорвала смерть,И все ж меня оплакивать не надо.Завидовать мне нужно, не жалеть —С таким, как он, быть четверть века рядом!..Ушел товарищ светлый фронтовой,Большой поэт, в быту – ребенок малый.Над ним с опущенною головойВ почетном карауле я стояла.С опущенной стояла головой,А мысль одна виски сверлила снова:Танкист, в войну остался он живой,Чтоб вдруг сгореть в огне костра мирского…Еще ушла подружка школьных лет.Она звезд с неба, может, не хватала.Но в ней пылал такой душевный свет! —Как в лампе тыщевольтного накала…Зачем, казалось бы, под Новый годНам перечитывать ушедших списки?Затем, что друг лишь до тех пор живет,Пока его не забывает близкий…<p>«И горе красит нас порою…»</p>И горе красит нас порою(Сложны законы красоты),В простом лице оно откроетВдруг утонченные черты.Скорбь всепрощающего взгляда,Улыбки грустной доброта —Лик возвращенного из адаИль чудом снятого с креста.Но горе быть должно великимИ с горем спаяно страны.…Великомучеников ликиГлядят в глаза мне со стены.Из отдаленных мест вернулиДомой товарищей моих,Но годы горя, словно пули,Догнали и убили их.Скорбь всепрощающего взгляда,Сильны, измучены, чисты…Порою так вглядеться надоВ их утонченные черты!<p>«Жизнь под откос…»</p>Жизнь под откосУходит неуклонно,И смертьСвоей рукою ледянойОпять вычеркивает телефоныТоварищей из книжки записной,Мне никудаОт этого не деться,И утешенье ль, право,Что она,Что смертьНе может вычеркнутьИз сердцаУшедших дорогие имена?..<p>«Летят, как молнии…»</p>
На роковой стою очереди.
ТютчевЛетят, как молнии,Как блицы,Одна другой больнее весть —Друзья уходят вереницей,Прощай!А кто потом?..Бог весть!Сражаться в юности умела,Дай, зрелость, мужества теперь,Когда настойчиво и смелоУже стучитсяВечность в дверь…<p>Черный лес</p>
