— Конечно, не все! — Глаза Поппи за стеклами очков блеснули. — Советую завтра ознакомиться с моим подкастом. Вас ждет сенсация.
Волосы у меня на руках встали дыбом. Я посмотрела на сестру, но та стояла с непроницаемым лицом.
— Очередные сплетни? — холодно поинтересовалась Лани.
— Послушаете — узнаете. — Поппи ткнула в нашу сторону пальцем. — Анонсов не делаю. Разве что в обмен на интервью — ваше мнение о подкасте.
— И не мечтай! — презрительно усмехнулась Лани.
— Подумайте, — настаивала Поппи.
Возможно, она продолжила бы свои увещевания, однако тут в открытые входные двери вплыла Эллен. Вид у нее был чрезвычайно белокурый, отекший и несколько раздраженный. Она уперлась руками в бедра и обратилась к Поппи:
— Вы что здесь делаете?
— Растолковываю вашим кузинам очевидную истину: мой подкаст только выиграет от интервью с теми, кто знал их отца по-настоящему. — Поппи склонила голову в сторону Эллен и чуть улыбнулась. — Успеха я не достигла. Давайте вы поможете кузинам понять, какую пользу принесет их участие, — или дадите интервью сами?
— Шуточки шутим? — с невозмутимым видом ответила Эллен. — Проваливай из маминого дома, халтурщица!
— Я заканчиваю завтрашнюю серию сегодня вечером, — заявила непробиваемая Поппи. — Это ваш последний шанс послушать интервью до его выхода в эфир и поделиться своей версией о той ночи.
— Проваливайте, — отрезала Эллен. — Мой муж — юрист. Не вынуждайте ему звонить.
— Откуда столько враждебности? — Тоненькие брови Поппи подпрыгнули вверх, она словно задумалась, как быть: прислушаться к нашим требованиям или остаться и что-нибудь разнюхать. Наконец кивнула. — Хорошо, я ухожу. Но оставляю свою визитку. Пожалуйста, очень прошу, подумайте об интервью. — Холодный бесстрастный взгляд Поппи остановился на мне. — Вместе мы добьемся для вашего отца возмездия.
Пост из «Твиттера», опубликовано 27 сентября 2015
— Скатертью дорожка! — Эллен захлопнула за Поппи дверь. — Не знаю, кому как, а мне нужно выпить.
— Тяжелый день? — хмыкнула Лани и выдернула свою руку из моей. — Наверное, колоть яд себе в лоб очень утомительно.
— На твое счастье, мне не нужно напрягать мышцы на лбу, чтобы сделать вот так. — Эллен с приветливой улыбкой показала средний палец. — Хочешь — пей с нами, хочешь — не пей.
— Я не пью, — с каменным выражением лица сказала моя сестра.
— Точно! — Эллен щелкнула пальцами в притворной забывчивости. — Ты же в завязке. Алкоголик-трезвенник.
Лани сверкнула глазами, открыла рот для ответа, но посмотрела на меня — и закрыла. Затем произнесла:
— Я уже собиралась уходить.
— Останься, — попросила я, удивив себя не меньше остальных. — В холодильнике наверняка есть чай со льдом или…
Я осеклась. Пусть мы с Лани и хотели восстановить отношения, однако между нами лежали долгие десять лет боли и обид. Рим не за один день строился, и нашу с сестрой близость за пару дней не вернуть — тем более, когда Поппи Парнелл задает вопросы о папиной смерти.
— Лучше пусть мне ткнут в глаз раскаленной кочергой, чем заставят слушать рассказы нашей нудной кузины о новейших достижениях в пластической хирургии.
— Просто кладезь остроумия, — съязвила Эллен.
Сестра недовольно посмотрела на меня — мол, неужели ты опять встанешь на сторону Эллен? Я отвела взгляд. Именно Эллен пришла мне на помощь, когда все окончательно рухнуло, именно Эллен держала меня за руку, пока я оплакивала свою семью; Лани рядом не было.
Словом, моя сестра спустилась с крыльца, а я пошла в кухню следом за кузиной. Та достала из холодильника игристый мускат и налила сладкого вина в бокалы.
— Рассказывай, — велела Эллен. — Что здесь делала всеобщая нелюбимица из гнусного подкаста?
— Именно то, что тебе говорила. Убеждала нас с Лани дать интервью. Намекала на некую сенсацию в следующем выпуске и обещала рассказать нам о ней заранее только в том случае, если мы дадим комментарий.
— Дамочка просто разнюхивает, — пренебрежительно отмахнулась Эллен. — До сих пор она публиковала лишь старые сплетни, перепетые на новый лад.
Я взболтала вино в бокале.
— Ты слушала третью серию? Там довольно убедительно говорится о том, что папу убила Мелани Кейв, а не Уоррен. После сцены в похоронном бюро эта версия выглядит еще убедительнее.
— Ты правда так думаешь? Будто Мелани Кейв отправила сына в пожизненное заключение за свое преступление?
— Если Мелани убийца, то что здесь странного? Она вполне могла засадить другого.
— Засадить? — развеселилась Эллен. — Ты выражаешься, как коп из телевизора.
— Да нет же, все логично, — настаивала я. — У Мелани был мотив. Была возможность. Голосовое сообщение, опять же… Единственное противоречие — слова Лани, что она видела Уоррена. — Я облокотилась о барную стойку. — Почему я не могу избавиться от этих мыслей? Ужас просто. Убийца Уоррен Кейв. Если папу убил не он, то зачем Лани его обвинять?
— Я сейчас кое-что спрошу, только ты не злись, — осторожно начала Эллен и подлила нам вина. — У тебя не возникало мысли, что твоя сестра солгала?
— Зачем? Зачем ей лгать и защищать Мелани Кейв?!
