Родион, прислонившись спиной к стене и обнимая доверчиво прижавшуюся к нему Катю, улыбался совсем по-мальчишески счастливо. Сейчас, сидя у него на коленях, растрепанная, с немного раскрасневшимися щеками, в его футболке, Лаврова меньше всего напоминала строгого куратора, с сарказмом отчитывавшего его за любой промах; ту железную леди, от чьего насмешливого, холодного взгляда курсанту становилось не по себе. Сейчас эта женщина была такой родной, такой безумно близкой и нежной… Долгов приподнял ее за подбородок, ловя немного смущенный, сияющий взгляд, поцеловал неторопливо и бережно, словно извиняясь за недавнюю несдержанность. Протянул руку, поднимая забытый на полу бокал с глинтвейном, сделал глоток и передал Кате. Вино, сдобренное специями, обожгло горло, жаром растеклось по венам, еще больше расслабляя и согревая. Абсолютное умиротворение накрыло теплой волной, смывая все заботы и волнения. Как же мало, оказывается, нужно для счастья — всего лишь один-единственный человек рядом, помогающий совершенно иначе посмотреть на привычные вещи. Все, абсолютно все с этой женщиной будет по-другому, Родион знал это абсолютно, неоспоримо точно. Потому что с ней он и сам становился другим, потому что совершенно незнакомые чувства охватывали его рядом с ней. Долгов чувствовал себя и влюбленным мальчишкой, и настоящим мужчиной, готовым оберегать свое счастье, преданным другом и волшебником, каждый день совершающим для этой женщины маленькие чудеса. И неважно, что это будет: очередной букет, поход в кино с поцелуями на последнем ряду или готовность сидеть с ней, если, не дай бог, подхватит простуду. Все мелочи, такие банальные, бытовые, приобретали совсем иную окраску, казались такими необходимыми, такими важными… Хотя почему казались? Это и было по-настоящему важным: готовность на каждодневный труд по укреплению чувств, где кирпичиками были забота, внимание, нежность и еще многое из того, на чем строится будущее двоих, не желающих, чтобы их сказка когда-нибудь закончилась.
Они открыли друг другу что-то совершенно новое в том, что казалось обыденным. Они научились наслаждаться каждым моментом вместе, каждой минутой, полной спокойного счастья от близости с любимым человеком. И оба знали, что будут делать все, чтобы сохранить это счастье.
Любовь окрыляет лишь тех, кто позволяет себе летать.
