- Достойнейшая мысль, - приятным низким голосом заговорил он. - Деньги в нашей жизни, конечно, немало значат, но ведь они не несут в себе памяти о прошлом, о тех, кто трудом своим создавал достояние будущих поколений, думал и любил еще не родившегося потомка. Деньги, - кириец развел руками, уставя в Гека добрые глаза, - они не отмечены заботой и любовью, они облегчают жизнь, но не наполняют ее.
- Вот, вот, - согласился Гек, - это сообразно и моему характеру мыслей. Но в драгоценностях я ничего не понимаю, хотелось бы посоветоваться. Нельзя ли, например, приобрести что-нибудь из старинных украшений, в средствах ведь я не стеснен.
Кириец удивленно вскинул брови:
- Друг мой, под старинным у нас в ювелирном деле понимается нечто особенное.
- Особенное?
- Именно! - кириец вынул из-под прилавка нечто вроде большого альбома. - Этот каталог так и называется - "Старинные драгоценности и украшения".
Ювелир начал медленно переворачивать твердые страницы с фотографиями: браслеты, кольца, колье - алмазы, сапфиры, изумруды - тонкая, исключительно изящная работа.
- Все, что здесь есть, совершенно уникально и, насколько мне известно, ни одна из указанных тут вещей в настоящий момент не продается. К тому же вынужден вас огорчить, - добавил он после паузы, - если бы даже и продавалось хоть самое маленькое кольцо, вы бы вряд ли смогли его приобрести. Так это дорого.
- Ну, тогда нет ли чего-нибудь такого же посовременней?
- В том-то и дело, мой друг, что таких камней сейчас найти в природе планеты не могут. Только наши древние предки знали секреты их поиска, ведь любому из этих камней много сотен лет. Сейчас есть другие, полудрагоценные, есть жемчуг морской, перламутр.
- Да, да, - задумчиво протянул Гек, - теперь и мне вспоминается, что-то я раньше об этом слышал. Вроде бы и у нашего знаменитого доктора Ренвуда имеются старые камни?
- Да! Замечательные изумруды, - ювелир полистал каталог, вот они.
Гек увидел крупные зеленоватые, причудливо ограненные кристаллы. Серьги - два одинаковых очень крупных камня в ажурном металле, по-видимому, платиновой группы, и ожерелье с несколькими крупными камнями по центру и россыпью средних по периферии. Подобные вещи на Земле можно было встретить только в музейных экспозициях. Гек никогда специально не интересовался ювелирным искусством, но хорошо понимал, что эта своеобразная сфера творчества обладает огромными выразительными возможностями. Настоящее ювелирное изделие не есть украшение в узком смысле слова, оно, как и любое произведение художественного творчества, несет мысль о человеческой жизни. Пусть не в столь непосредственной форме, но все же. Ювелир, как и всякий художник, стремится средствами своего материала сказать о человеке, дать точные символы движениям души и мыслей. Поэтому целью его труда в конечном счете является не металл и камень, а высокий, владеющий человеком разум и кипящие в нем страсти, переливчатые, как грани благородного кристалла, и глубокие, как исходящий из него внутренний свет. Такое искусство не может быть сильным у слабого народа, где беден опыт поколений. Там любой самый редкий металл или камень превращается в побрякушку, а здесь ...
Гек перевернул последнюю страницу каталога и, поймав взгляд старого кирийца, понял, что они оба думают об одном и том же: как могли появиться эти шедевры у измученного борьбой за существование народа, истощающего в этой борьбе свои силы, да еще несколько сотен лет назад, когда уровня цивилизации едва должно было хватать на элементарное бытоустройство.
И второй вопрос, который задал себе Гек, когда уже выбрался на улицу и малость очухался от ослепляющей красоты увиденного.
Что могло послужить причиной такого шикарного подарка, если допустить, что в его основе лежит не романтический, а вполне практический мотив?
Передача информации о работе Шацкого? Да, это в первую очередь. Но если так, логично предположить, что информация передавалась через фотоснимки записей в журналах. А это нетрудно проверить. Если Ольга фотографировала записи, то делала это с помощью обычного любительского аппарата, который есть у каждого землянина, отправляющегося за пределы родной планеты. Съемка таким аппаратом сопровождается импульсной вспышкой и на малых расстояниях оставляет характерные микроожоги волокон любой бумаги. Средствами его портативного набора их легко обнаружить.
На обратном пути Гек опять взял на себя управление аппаратом.
- Ну, как вам Ренвуд? - первым делом спросил Макс. - Мощный мужик, правда?
- Да, очень интересная личность. Макс, вот он говорил, что у них преступности почти нет, а Тротт рассказывал мне со слов Артура, что на него тут какое-то нападение было, на празднике местном, что ли.
- Действительно, странная история, - Гринев задумчиво потер переносицу, - меня с ними на празднике не было, оставлять станцию совсем без присмотра нельзя ... Один ненормальный пытался ударить Шацкого по голове чем-то вроде топорика. Его тут же схватили. Ренвуд потом извинялся, очень переживал. А тип этот оказался сумасшедшим, его в лечебницу упрятали.
