— Я никогда не обращалась к психологам, — доверчиво посмотрела на неё Наташа, — и даже не знаю, где искать хорошего.
— Знаешь что… — как будто раздумывая о чём-то, Кристина кусала губу, — Я тебе помогу. Запиши номер телефона… Это — очень хороший психолог, мне её рекомендовала моя знакомая… Правда, я пока не обращалась, поэтому не говори, что от меня, хорошо? Она принимает только по записи, у неё большая очередь, но ты позвони по этому телефону и скажи, что тебе нужно срочно, она не откажет.
— Спасибо огромное! — записав номер, Наташа с благодарностью посмотрела на Кристину, — если честно, я сама бы не стала искать… Я так устала от своего состояния, что нет сил даже обратиться за помощью…
— Ой, ну, что ты, — Кристина дружелюбно махнула рукой, — какие благодарности, лишь бы польза была. Ты обязательно к ней обратись! Да, пока не забыла, — она достала из стола ведомость, — тут тебе ещё деньги причитаются, правда, немного, но их нужно получить. Вот, распишись, пожалуйста…
— Хорошо, спасибо… — Наташа взяла ручку.
Она расписывалась в документе, когда из репетиционной вдруг послышалась музыка.
— Это девочки репетируют, — кивнула Кристина в сторону двери, — новый проект.
— Чей? — Наташа прислушалась — вступление показалось ей до боли знакомым…
— Ну, чей ещё может быть, конечно, Морозова, — Кристина придала этим словам уважительный тон, — Все проекты — это его труд. На нём и держимся… Вот, — она протянула Наташе несколько купюр, — деньги… Спасибо, что смогла прийти, ты уж прости, что пришлось тебя напрягать…
— Ничего страшного… — бледнея на глазах, Наташа застыла посреди кабинета, — А кто это поёт?
— Это?.. — Кристина слегка замялась, — Это Света Нечаева. Та, что на бэк-вокале у тебя работала.
— Она что… будет петь эту песню?..
— Вообще она будет петь несколько песен, Дима перед отъездом скинул ей минусы, вот, теперь она разучивает, пока его нет, — уклончиво объясняла Кристина, — хороший вокал, скажи?
— Да… хороший… — глядя перед собой невидящим взглядом, произнесла Наташа, — Спасибо, Кристина… Я пойду.
— Ну, что ты, — приложив руку к груди, Кристина, покачала головой, — Это тебе спасибо, Наташ… И… прости меня, ладно?..
Мгновенно осунувшись, Наташка вышла из кабинета. Несколько метров до двери в репетиционную студию показались ей долгими и мучительными…
Она слушала и не могла поверить — Дима отдал песню, которую написал только для неё и с которой связано столько воспоминаний?! Нет… он не мог… он не мог так поступить… Это ошибка… Ей показалось, это не та песня… не та…
Но знакомые до боли слова били беспощадно в самое сердце:
Войдя в репетиционную, она в изнеможении прислонилась к двери — не замечая её, Света пела в микрофон, и, судя по тому, что пела она без ошибок, это была не первая репетиция.
— Ой, Наташа! — выключив минусовку, девушка обрадованно кинулась к вошедшей, — Привет! Слушай, ты так кстати!
— Привет, — едва выдавила Наташка.
— Как тебе моё исполнение? — с искренним интересом спросила Света; глядя на неё, Наташа не могла проронить ни слова, — Ну, что скажешь, — нетерпеливо повторила вопрос девушка, — ты же пела эту песню, тебе виднее всех!
— Виднее всех Диме, — она еле выговорила эти слова. В этот момент Наташке показалось, что силы окончательно покинули её.
— Ну, его же нет, — развела руками Света, — он мне только минусы оставил, и то не все.
— А чего же не все? — и эти слова дались ей с трудом.
— А у него ещё не все аранжировки готовы, он сказал, что только после гастролей займётся моим проектом вплотную.
— Твоим проектом?
— Ну, да, моим… мы будем записывать диск, там будут песни на его музыку — в исполнении «Ночного патруля» и меня, как вокалистки. А ещё он сказал, чтобы я готовилась выступать сольно.
— Успехов вам, — Наташа повернулась, чтобы выйти, но Светка снова окликнула её.
— Ой, слушай, а как у тебя-то дела? — вспомнив, что нужно хотя бы поинтересоваться здоровьем, она сочувственно посмотрела на Наташу, — ты петь теперь долго не сможешь?
— Долго.
— Ой, как жалко… Слушай… А, что, если тебе пока на подтанцовке поработать? — в её глазах было столько наивности, что Наташа не сразу нашлась, что ответить.
— Я подумаю, — резко развернувшись, чтобы Светка не успела спросить ещё о чём-нибудь, Наташа вышла из репетиционной.
Она даже не плакала. Она удивилась сама, но в этот раз слёз не было вообще. И боли тоже не было.
Ничего не было.
Была лишь жуткая, чёрная пустота, заполнившая всю душу.
Сначала она хотела ему позвонить. Она уже достала телефон, но, заметив, как дрожит рука, бросила его назад, в сумочку. Вторая попытка тоже не увенчалась успехом: пальцы вдруг стали деревянными и постоянно попадали не туда, с трудом скользя по монитору айфона. Уже закрывая молнию, она вспомнила, что всё равно не смогла бы с ним поговорить.
