Начало затягивается и откровенно не удается. Но начинать писать сначала я не буду. Сколько уже раз я так делала? Хватит. Хорошо бы просто скомкать этот лист и выбросить к черту. Найти бы только в себе силы. Но их нет. Знай, что это письмо не будет таким теплым, наивным, наверняка оно получится просто-напросто другим. Таким, каким получится. Хорошо бы заранее знать, каким. Всегда хорошо было бы все знать заранее, не правда ли? Время не стоит на месте, как и наши жизни, которые продолжают идти следом или следуя за ним. Теперь я говорю, как ты. Так, что понимаю себя только я сама. Теперь я понимаю, почему ты так часто и долго мог просто молчать. Многие вечера я, правда, сидела и думала о том, с чего же я начну, если решусь снова написать тебе. Это были абсолютно разные, непохожие друг на друга вечера – холодные, жаркие, одинокие или же наоборот, когда я была в чьих-либо объятьях, но об этом по порядку. Теперь в письмах, в таких письмах, которые приходят по почте в бумажном конверте, осталось не так уж и много смысла, не так ли? Или наоборот. Как ты считаешь? Хотела бы попросить тебя написать в ответе об этом. Уверена, что ты бы нашел, что здесь сказать, но ты не сможешь мне ответить. Думаю, ты со мной не согласишься, я все еще уверена, что в твоей душе живет романтик. Он, быть может, хоть и далеко где-то сидит среди серых стен, запертый тобой наглухо и насильно в окружении сырого спертого воздуха, но я верю, что он еще жив. Снова говорю как ты, а ведь столько лет прошло, ужас просто. Может, раньше мы просто придавали письмам меньшее значение. Справедливости ради, скажу, что раньше они несли ведь совсем другую функцию. Интересно, а что, если увидев, чье имя написано на конверте, ты просто не захочешь открывать его? Просто возьмешь и выбросишь его в мусорное ведро? Или перед этим еще и порвешь его? Не прочитав ни единой строчки. Но это вряд ли.
