Бывают истории, конца которых никто не знает. Бывают легенды, каждое слово в которых правда. Существуют звезды, которых не видно с земли. Бывает кровь, которую не смоет даже время. И бывает время, которое не смыть и кровью. Найджел не знал, что последствия некоторых взрывов серьёзнее, чем разрушенные стены и искалеченные тела. И когда разбиваешь на осколки чужие надежды, надо быть готовым заплатить и принять выбор, что ты сделал.Они были из разных вселенных. Кир – командир осажденной крепости, воин, следующий своим принципам. А Найджел – сирота, чья жизнь ничего не значила для других. У них не было ничего общего, что могло бы связать их. Пока не прогремел взрыв. Говорят, что одно из двух кресел в кабинете коменданта крепости стоит именно для Смерти. А если она передаст свой плащ? Для кого тогда будет кресло?
В кабинет начальника крепости постучали. Получив приказ входить, дверь отворил офицер, руководящий разведкой. Он зашел в просторный, но скромно обставленный кабинет с плотными зелеными занавесками на двух больших окнах, выходящих во внутренний двор, с рабочим столом, заваленным бумагами и писчими принадлежностями. Рядом со столом, стоял шкаф, запертый на ключ, в котором содержались все бумаги; стены обиты зеленой тканью, в тон занавескам; на одной из стен, рядом с гербом, висело знамя, а у окон располагались два кресла.
Одно кресло было новым, обитым темно-зеленой тканью. Деревянные ручки украшал хитрый резной орнамент. Это кресло недавно купили у плотника и стояло оно в кабинете совсем немного времени.
Второе же являлось довольно старым, но еще крепким. Бурая, темно-коричневая, кожаная обивка ничуть не пострадала за столетия, что кресло простояло на месте, не сдвигаясь ни на миллиметр. Стояло здесь лишь по причине одной романтической истории, которую мало уже кто помнил. Легенда о Смерти…
Разведчик передал военачальнику сведения, которые удалось добыть его группе. На карте, лежащей на столе, появилось несколько точек, крестов и надписей. Военачальник внимательно слушал подчиненного, и никто не заметил, как на одно из кресел, то самое красное и старое, присела девушка.
Девушка была примечательной. Младше двадцати, но взгляд уже тяжелый и уставший, полный мудрости и вселенской печали. Прямой нос, миндалевидные зеленые глаза, а когда она улыбалась, появлялись ямочки. Только вот она очень редко улыбалась.
Появившись из неоткуда, девушка расстегнула черный плащ и повесила его на спинку своего кресла. Взмахнув рыжими кудрями, села и расслабилась в кресле. Прикрыла глаза, стала слушать разговор, пытаясь уловить самое важное.
Закончив рапорт, разведчик отдал честь и вышел. Дверь захлопнулась, отрезав двоих от всего мира. Комендант, немолодой мужчина с черной щетиной и такими же черными волосами, собранными в хвост на затылке, прошелся по комнате и закурил трубку. Остановился у окна. Устало посмотрел на серую стену крепости, где суетились солдаты, готовясь к битве. Там подготавливали порох и ядра для пушек, точили ножи и проверяли тетивы луков.
– Когда же наконец закончится эта война, – устало поинтересовался майор и выпустил дым из рта.
– Ты знаешь ответ, – равнодушно обронила девушка.
Офицер застыл. Грубые пальцы, привыкшие к рукояти меча, чуть не уронили трубку. Он разговаривал сам с собой и не ожидал, что ему ответят. Он оглянулся и не нашел никого.
– Кто ты? – громко спросил, свободной рукой достал из-за пояса нож.
– Ты знаешь ответ, – так же равнодушно пояснила незнакомка. С трудом сдержала усмешку.
Майор оглядел весь кабинет и потрясенно уставился на кресла. Внезапно озарившая догадка потрясла не меньше, чем взрыв семь дней назад, когда он лишился зрения, а на утро проснулся как новенький. Оба кресла пустовали, но кто-то совсем рядом усмехнулся.
Воин сунул нож обратно в ножны, присел на краешек зеленого кресла. Бурое так и осталось пустым.
«Чья-то глупая шутка», – подумал майор и резко встал.
Руку обожгло пеплом, просыпавшимся из трубки. Командир крепости грязно выругался. Потушил трубку, еще раз мельком взглянул на карту, а затем вышел. Нацепил броню, пристегнул к поясу меч и поспешил к стене. Вскоре по каменным коридорам разлетелись его короткие приказы, противник сдвинулся с места.
В тишине кабинета раздался еле слышный вздох толи от усталости, толи от разочарования. Девушка смахнула пряди упавшие на лоб. И столько в этом жесте обреченности, что даже смертнику представить сложно. Встала с кресла и приблизилась к окну. Осада крепости уже началась. Грохотали пушки, звенели мечи, кричали от боли люди и животные. Девушка в бордовом платье прошлых веков искала черноволосого коменданта среди стен и тел. У нее было послание. И просьба.
«Даже если он знает, что я хочу сказать, некоторые слова обретают силу только если их произнести, – Смерть улыбнулась, найдя майора в толпе. Покрытого кровью, но целого. -Интересно, ты рискнешь остановить этот кошмар, Кир?»
Он проснулся, как обычно, вместе с рассветом. Через раздвинутые шторы солнце освещало стены цвета мокрого песка и деревянные панели. Мебели в комнате было мало – кровать, стул, стол, шкаф. И полка в углу с детскими книжками, что оставил сын перед отъездом. Кир называл их уголком мира среди бушующей войны.
Кир потянулся и встал с кровати. Босые ноги коснулись льняного холодного ковра. Натянул форму, что висела на спинке стула, и завязал волосы в хвост. Майор прошел по коридору на улицу.
Утро сегодня выдалось прохладным. Впрочем, как и вчера, как и позавчера, как и поза-позавчера. Как и будет завтра. Ночью с реки ветер приносил холод, и это не менялось, как почему-то не менялись и дни.
