Дегтеренко сжал зубы, неприязненно обвел нас взглядом:
— Все равно… Ладно проехали с этим. А вот как оружие возле убитых не пошукали! Эх, что теперь горевать, я и сам не докумекал! Нам теперь нужно, каждый шаг просчитывать. Всё обдумывать по пять раз придется.
Я встрял с вопросом:
— Не понял, почему?
Стариков с сочувствием посмотрел на меня:
— Да потому, что мы на самом деле перенеслись! Ты, что еще этого не понял? Проснись, парень, мы на войне!
У меня по спине побежали мурашки, ноги мгновенно налились свинцом. До этого момента я настойчиво отгонял любые мысли, о возможности переноса во времени. Всё происходящее с нами, можно было при желании объяснить. И пшеничное поле, и кучу немецкой техники на дороге. Но вот три трупа напрочь разрушили моё представление о реальности. Это что, же мы получается маршируем прямо посередине боевых порядков немцев? Черт! Стоит хоть одному немцу с нами заговорить, так нам и конец настанет, немедленный и бесповоротный. Что мы ему скажем? Курка, матка, яйки? Или руки вверх? Или я в ответ прокричу немцу десяток команд, которые выучил в страшных муках? Мама родная, у нас же немецкий язык знает только Венк! Что делать? Пока я лихорадочно размышлял, периодически поёживаясь от страха, из середины строя к Старикову подбежал Юрий Плотников. Он взволнованным голосов с явными истерическими интонациями затараторил:
— Герр лейтенант, посмотрите мою солдатскую книжку! Вы видите? Видите?
Плотников начал с остервенением совать раскрытую книжку прямо в лицо Николаю.
Юрку я знаю с момента своего вступления в клуб. Крайне спокойный парень. Всегда сохраняет присутствие духа, отличается редким хладнокровием. Никогда я не видел его в таком возбужденном состоянии как сейчас.
— Да прекрати мне в лицо ей тыкать, — недовольно пробурчал Николай, забирая книжку из рук Юрки. — Что там у тебя?
— А вы откройте, герр лейтенант, сами посмотрите!
Стариков зашелестел страницами.
— Ни хрена себе! — потрясенно произнес Николай. — Это только у тебя или у всех так?
— Не знаю, герр лейтенант. Я сам только что это обнаружил! Полез в карман за сигаретами и вот…
Стариков еще раз быстро пролистал документ и обернувшись к нам приказал:
— Взвод! Немедленно все достаём свои солдатские книжки, смотрим и говорим, что видим!
Сзади раздалось несколько недоумевающих возгласов. Я машинально рявкнул:
— Оставить разговорчики! Выполнять команду!
Сам же не мешкая расстегнул планшет, достал свою солдатскую книжку и моментально офигел.
Все надписи в ней, были сделаны по-русски. И печатный текст и написанный переводчиком от руки — всё совершенно спокойно читалось по-русски. Я заскользил взглядом по страницам, выхватывая отдельные предложения: "имя и девичья фамилия матери", "выдан набор для чистки карабина", "размер обуви в сантиметрах". Вот это да! Как же это может быть? Даже на первой странице я всё без проблем прочитал! А ведь перед отъездом на съёмки я раскрывал книжку как раз на этой странице. Я знал, что там написано, но написано-то было всё по-немецки!
Вокруг меня раздавались недоуменные возгласы, народ активно делился новостями, кто-то громко смеялся, в общем творился наш родной реконструкторский бардак.
Герру лейтенанту это явно не понравилось:
— Взвод! Прекращаем базар! У всех по-русски написано?
Люди радостно затараторили:
— Ага!
— У меня по-русски!
— У всех!
— А у меня даже два раза по-русски!
— Тихо! — заорал Стариков и неожиданно улыбнулся. — Чапай думать будет!
Взвод захохотал. Отсмеявшись, я обратился к Николаю:
— Так это получается, мы теперь по-немецки говорить можем?
— Похоже. И песню что мы на дороге слышали, солдаты на немецком языке пели! Просто мы сразу это не поняли.
Курков обхватил голову руками, энергично потер виски:
— У меня уже мозги кипят от всех этих дел! Я вот не пойму: если мы по-немецки понимаем и читать можем, то на каком языке мы сейчас разговариваем?
Я задумался. Герр лейтенант достал из кармана кителя мобильный телефон, защелкал кнопками:
— Ага! Я эсэмэски свои открыл. Всё по-русски написано! Вот смотри, Пройсс — твоё сообщение!
Я с интересом взглянул в экран. Точно, это я писал! Всегда сообщения отправляю без знаков препинания. Так набирать быстрее. "Николай всё в порядке с автобусом я договорился"
— Да, дела, — задумчиво протянул Михаил. — Значит мы и по-русски и по-немецки можем разговаривать?
Стариков утвердительно кивнул:
— Получается так. Только пока не понятно, как переключаться между режимами! Ладно, с этим разберемся позже.
Дегтеренко тронул меня за плечо:
— Знаешь, Сергей, вот теперь и я в перенос во времени поверил! Я же совершенно к иностранным языкам не приспособленный. В школе тройку по английскому твердую имел, да и то, лишь потому, что мать училке куриц постоянно таскала…
