– И тут, – продолжил Втык, – Святоша говорит девке, чтоб пошла прочь. Столько стараний, и все впустую! А Бугай возьми да и скажи ему: «Чертовы мученики, Святоша, у тебя, что ли, члена нет?»
Дэвис лишь усмехнулся, не сказав ни слова. Винтер хорошо помнила, что случилось потом. Бугай, настолько пьяный, что едва стоял на ногах, с этими словами хотел сунуть руку ей между ног, видимо, для того чтобы подтвердить свою догадку. Когда Винтер шагнула в сторону, Втык схватил ее сзади. В завязавшейся стычке она лягнула Бугая в лицо и укусила Втыка за тыльную сторону ладони.
Правосудие вершил сержант. Он заявил, что не может допустить драк в роте и Винтер полагается получить воздаяние за причиненный ущерб – причем дважды. Чтобы все было по справедливости, он, сержант, займется этим сам. Первый удар – кулаком в лицо – едва не сломал Винтер нос; от второго – под дых – она скрючилась, и ее вытошнило на пол. Остальные смотрели на это и смеялись.
Помимо воли Винтер коснулась рукой лица – верней, того места на лице, где когда-то багровел огромный кровоподтек. Дэвис заметил этот жест, и ухмылка его стала шире.
– Ну как, сержант, может, потолкуем с глазу на глаз? – осведомился он. – По-мужски, так сказать. Помянем старые добрые времена.
Опасаясь любопытных взглядов своих подчиненных из седьмой роты, Винтер нервно кивнула. Дэвис и его спутники встали. Девушка повела их в сторону своей палатки, подальше от костров и котлов с ужином. Все четверо остановились в узком проходе между двух брезентовых стен.
– Сержант, – сказал Дэвис. – Ты – и вдруг сержант. Долбаные мученики, в какое дерьмо катится армия?
– Я этого не хотел, – проговорила Винтер. – Я говорил капитану…
– Я‑то думал, что посылаю тебя на геройскую смерть, – перебил Дэвис, – а капитан произвел тебя в сержанты. Как же ты этого добился, а?
– Верно, отсосал у капитана, – подсказал Втык.
– Ротик у Святоши и впрямь хорошенький, – задумчиво проговорил Бугай. – Почти как у девчонки.
– Так и было, Святоша? – с нажимом продолжал Дэвис. – Ты ублажил капитана? Думал, что обставишь старину Дэвиса? Что ж, дельце недурное: отсосал у кого надо – и бац, повысили в звании. Надо было подставить капитану свою задницу – тогда он, глядишь, произвел бы тебя в лейтенанты, и старине Дэвису пришлось бы тебе козырять. Тебе! Вот бы здорово было, а?
– Чего вы хотите? – выдавила Винтер.
– Чего я хочу? – повторил Дэвис. – Бог ты мой, да я и сам не знаю. Наверное, служить в армии, где такому дерьму, как ты, не дают повышение через головы порядочных людей, где такого выскочку можно пришибить законным образом. Ну да мне такое не светит, верно? – Он пожал могучими плечами. – Вот что я предлагаю. Ты пойдешь к капитану и скажешь, что больше не можешь быть сержантом. Что тебе это дело не по плечу. Не справляешься. Можно будет еще разок отсосать у него, если придется… а потом вернешься под крылышко старины Дэвиса. Тебе это понравится, верно?
– Капитан меня не отпустит. – Винтер ощутила, как руки сжимаются в кулаки. – Я пробовал отказаться, но он не захотел…
– Пробовал? Потому что слишком хорош, чтобы быть простым сержантом? – Дэвис придвинулся так близко, что в ноздри Винтер ударила гнилостная вонь его дыхания. – Ах ты, долбаный Святоша! Может, ты просто слишком хорош для этого бренного мира? Верно?
– Может, нам стоит ему… как это… подсобить? – услужливо предложил Бугай.
Дэвис ухмыльнулся. Винтер вдруг поняла, что сейчас он ее ударит. Она напряглась, приготовившись увернуться, но Бугай и Втык встали по бокам от нее, точно зажав в тиски.
– Сержант!
Это был голос Бобби. Дэвис застыл. Винтер осторожно глянула через плечо. Паренек стоял в самом конце прохода, и огонь костров подсвечивал его силуэт.
– Мы еще не договорили, – проворчал Дэвис. – Мотай отсюда.
– Дело в том, – промолвил Бобби, продвигаясь вперед, – что у нас как раз в самом разгаре партия, а без сержанта продолжить никак не получится. Так что не могли бы вы отложить свой разговор до утра?
Бугай преградил путь капралу. Ветеран был на добрый фут выше новобранца и на добрых полсотни фунтов тяжелее. Рядом с Бобби он выглядел сущим великаном.
– Сержант ясно сказал – мотай! – прорычал он. – Мы заняты!
– Но…
Бугай возложил руки на плечи Бобби и как следует надавил. У паренька подкосились ноги, и он помимо воли рухнул на колени.
– Вот что, детка, – процедил Бугай, – быстро уползешь отсюда – останешься цел, ясно?
Винтер перехватила взгляд Бобби. «Беги!» – мысленно взмолилась она, но мольба, судя по всему, не дошла до адресата. Паренек улыбнулся и быстро глянул вверх.
– Прошу прощенья, – прозвучал за спиной у Дэвиса гулкий бас. Затем капрал Фолсом шагнул вперед и одарил Винтер улыбкой.
