— Что это такое? И почему так противно пищит? — спросил я, сщурив глаза от звука и от начавшегося мигания красного света.
— Охранная система сработала. Кто-то трётся возле одной из дверей, — серьезным голосом произнес Иваныч, устремившись к пульту возле двери, через которую мы вошли.
Подойдя к Иванычу, стоявшему возле пульта, я увидел на его экране видео с камеры двери, которая вела в бар. На видео была изображена подсобная комната, где я, да и весь персонал бара переодевались, а по центру стоял Топор с весьма довольной улыбкой, изображая что-то пальцами рук, похожее на символы языка немых.
— То есть в раздевалке была камера? Он мог подглядывать, как мы переодеваемся? — возмущенно спросил я.
— Я думаю, он навряд ли за тобой подглядывал, — сказал Иваныч, нажав на зеленую кнопку на экране. — Может только если за молоденькими девчонками, — с улыбкой добавил он.
Повернувшись вместе и устремив взгляд на дверь по левой стороне от пульта, где мы стояли, мы с Иванычем услышали, как вертелись какие-то шестерни, отщелкивая замки двери один за одним. После нескольких десятков подобных щелчков дверь открылась, отойдя на несколько сантиметров. После чего последовал шум шагов, и дверь продолжила открываться дальше.
Через несколько мгновений в помещение зашел Топор.
— Так вот вы где прячетесь! — с улыбкой произнес Топор, после чего дверь с грохотом сама закрылась и быстро захлопнулась на все замки, которые так медленно открывались.
— Отнес деньги? — строго спросил Иваныч.
— Да, — утвердительно ответил Топор.
— Проблем не было? — вновь спросил Иваныч.
— Если ты про толпы народа в метро, то было, — с ухмылкой произнес Топор, после чего с серьезным видом, которого я практически никогда у него не видел за все время работы в баре, продолжил — а если ты про людей Добровольского, то нет, не видел.
— Как там мама, не спрашивал? — нетерпеливо спросил я.
— Я не был у нее, я говорил с врачом. Он подтвердил, что операция будет в пятницу, так как мы все оплатили. А про твою мать он сказал, что чувствует довольно хорошо, и анализы не противоречат проведению операции. Поэтому все нормально, можешь не беспокоиться. Я сказал, чтобы ей передали, что у тебя все нормально, просто много работы и на учебе много нужно делать, поэтому ты появишься, как сможешь, чтобы не волновалась.
— Спасибо, — с облегчением выдохнув, произнес я.
— Так, я там осмотрелся, поблизости нет никаких людей Добровольского, предлагаю выпить! — произнес Топор, подняв указательный палец вверх, после чего с улыбкой добавил, — ну, по крайней мере, мне точно нужно выпить.
— Еще же только утро, а ты уже собрался пить, — осуждающе произнес Иваныч.
— У меня стресс, не каждый день я дерусь с людьми, тем более с хранителями, — оскорбленно ответил Топор.
— Какой там бой, просто разговор на повышенных тонах… — отмахнувшись, сказал Иваныч.
— Не принижай мой стресс! — выпалил обидчиво Топор.
— Ладно, черт с тобой, пошли… — махнув рукой, сдавшись, ответил Иваныч, после чего развернулся обратно к пульту и нажал на несколько кнопок. Замки в двери, ведущей в бар, вновь начали щелкать, предвещая скорое открытие.
Дверь открылась, и я вышел из помещения вслед за Топором перед Иванычем. Оказавшись в подсобке, дверь резко закрылась. Я обернулся и заметил, что дверь была укрыта шкафчиками для одежды, которые перемещались вместе с дверью, и поэтому этой двери я никогда и не видел здесь.
Выйдя из подсобки, Топор быстро шмыгнул за свой любимый столик и, глядя на меня, провожал за барную стойку. Поняв намек Топора, я смирился, что даже в нерабочее время вынужден подрабатывать барменом.
Иваныч уселся за стол вместе с Топором, уставившись на то, как я, накинув фартук поверх куртки, зашел за барную стойку.
— Чего желаете? — с явным недовольством произнес я.
— Ну даже не знаю… а что вы посоветуете? — ехидно спросил Топор.
Иваныч, увидев мое недовольное выражение лица, толкнул Топора, произнес:
— Налей два стакана пива.
Кивнув головой, я схватил три стакана и, слив первую порцию пива, засунув стаканы под кран, набрал все три поочередно. Ухватив наполненные стаканы, я вышел из-за бара и поставил напротив Топора, затем уселся и сам напротив.
— А где подстаканники? — возмущенно спросил Топор.
Я, тяжело выдохнув, достал три круглых фирменных картонки бара из переднего кармана фартука, кинул их на стол и поставил на них стаканы с пивом.
Топор довольный пододвинул к себе один стакан, и в тот момент, когда я хотел пододвинуть к себе третий, он резким движением сгреб и его, с улыбкой произнеся:
— А тебе нельзя сегодня пить, тебя ждет обряд, дружочек.
От слова «дружочек» меня чуть не вывернуло, но основная мысль все равно дошла. Я почему-то не ожидал, что обряд будет проводиться здесь в баре. Обряд в тайное общество мне представлялся в каком-то старинном замке с кучей представителей ордена. Наверное, это из-за кучи фильмов и сериалов, которые я смотрел, но все же перспектива в обряде среди липких стен и запаха пива везде не очень воодушевляла.
— Так обряд сегодня будет? — не подав вида, спросил я.