Я кивнул. Конечно, всё было в высшей степени не в порядке, но ему я не мог об этом сказать. Не сейчас, когда Санжита находилась рядом. Джек засунул дрожащую руку в карман пальто и достал пакет с каким-то предметом. Он передал пакет мне и произнёс с улыбкой:
– Пришло время вернуть её, Альфи.
В пакете была моя «Сказка о двух городах» Чарлза Диккенса.
– Спасибо, – сказал я.
– Удачи тебе, Альфи. Ты был хорошим другом. Жаль, что я не мог соответствовать.
Затем Джек и Джон осторожно спустились по стёртым ступенькам и сели в машину Джона, которая стояла на набережной.
Я обернулся и увидел, что Санжита, скрестив руки, стоит в коридоре и смотрит на меня.
– Ты что-то задумал, Альфи Монк, – сказала Санжита.
Тон её был мягким и дружеским, но одновременно резким и острым, как лезвие.
– Я не спущу с тебя глаз, молодой человек. Или не очень молодой. Ты бы лучше…
Её речь прервали Таша и Мелания – девочки из Дома графа Грея. Громко хохоча, они сбежали вниз по лестнице. Одна из них врезалась в Санжиту.
– Извините! Альфи, пойдёшь к заливу?
Некоторые дети любили тёплыми вечерами плескаться и играть в воде. Меня позвали впервые, и втайне я очень заволновался.
– Да, увидимся там, – ответил я.
Девочки захихикали над чем-то, известным только им, и выбежали на улицу.
Санжита кивнула мне:
– Будь осторожен, Альфи, я за тобой слежу.
Затем она ушла, оставив меня в коридоре, где висели доски объявлений, лежал износостойкий ковёр и пахло дезинфекцией.
Джек был прав: надо всё повернуть вспять.
Я вспомнил про пакет, вынул оттуда книгу и нахмурился. В книгу что-то вложили, отчего она стала толще, чем раньше. Это оказался конверт – от Джека.
На конверте было написано: «На всякие мелочи», а внутри лежали две пятидесятифунтовые банкноты.
У меня появилась идея.
Я вернулся в свою комнату, достал мобильный телефон, выданный мне Санжитой, и включил его, чтобы отправить первое в жизни сообщение.
Через несколько секунд телефон звякнул, и я прочитал ответное сообщение: «ЛОЛ ОК».
Ответ получился короткий, но я не сомневался, что он означает «да».
Третью ночь подряд я почти не спал, но на этот раз причиной были не страх или печаль, а предвкушение.
Я разработал план, как вернуть последнюю сохранившуюся на земле жемчужину жизни.
Этот план, безусловно, был отчаянным и дерзким. Но единственным.
Я собирался подкупить кого-то, чтобы тот нарушил закон и отвёз нас на остров Коквет.
Дорога до Амбла – поездом до Ньюкасла и затем автобусом – занимает около двух часов. Мы прибываем на место и понимаем, что день намечается холодный.
Часы на церкви бьют десять, и огромная дама в переднике поднимает рольставни в кафе «Нептун».
Амбл – малоэтажный приморский городок с домами песочного цвета. Он словно прижимается спиной к Северному морю. В воздухе всегда стоит лёгкий запах соли, и я слышу, как люди говорят друг другу: «Э, запах меняется, так ведь? Скоро пойдёт дождь».
Остров Коквет находится недалеко в море. Издали, кроме маяка, на нём ничего нельзя разглядеть.
Альф и помалкивает. Он лишь изложил нам свой план, который стал возможным благодаря двум пятидесятифунтовым купюрам. Альфи их нам показал. Я так и не понял, зачем он позвал нас, но Альфи сказал, что для достоверности. Он собирается изображать взрослого и надеется, что присутствие детей усилит эту иллюзию. Не знаю. Думаю, он скорее хочет, чтобы мы были рядом для моральной поддержки. Рокси же планирует сыграть главную роль в своей собственной пьесе – в этом я не сомневаюсь.
Прогноз погоды в её телефоне объявляет, что дождь будет с вероятностью девяносто процентов. Так что Альфи оказался прав. Но мы понимаем: если всё пойдёт по плану, к полудню мы уже закончим.
Нам удалось проделать весь путь без сучка и задоринки, и это, казалось бы, должно поднять настроение. Но мы, наоборот, похожи на погоду: холодные и задумчивые, словно ожидаем чего-то плохого.
Мы сидим в кафе «Нептун» и смотрим в окно на прохожих, одетых в шорты и ветровки. Альфи заказал чашку чая, а мы с Рокси – по банке кока-колы, но никто из нас не пьёт. Хозяйка кафе с подозрением поглядывает на нас, словно ждёт, когда мы что-нибудь украдём.
Молчание нарушает Рокси. Она передает Альфи свой рюкзак и говорит:
– Ну ладно. Пришло время твоей трансформации, Супермен.
Альфи молча берёт сумку и идёт в туалет переодеваться.
Рокси так спокойно относится ко всей этой истории, что я немного злюсь. Она совсем не боится, что дома поднимут тревогу.
– Проще простого, – ответила Рокси в автобусе на вопрос о том, как она объяснила свой ранний уход. – Театральный кружок едет в Йорк.
– И твоя мама не поинтересовалась, почему вы уехали в семь утра в субботу? – спросил я. – Не удивилась, почему нет письма или формуляра, который ей надо подписать?
