Энлилом звали шумерского бога воздуха. Нанна был богом луны и мудрости. Во времена создания этой легенды (III тысячелетие до н. э.) Энлил был верховным божеством шумерского пантеона. Он был вспыльчив. Он насылал наводнения. Нанна был одним из его сыновей. В мифах нескладный бог Энки обычно выступает в роли помощника. Он был покровителем и помощником Гильгамеша и героя наводнения Атархазиса-Утнапиштима-Ноя. Мотив соперничества Энки и Энлила продолжается в классической мифологии в противостоянии Посейдона и Зевса (Нептуна и Юпитера).
В окружении этой жуткой толпы призраков бродила Инанна от города к городу по землям Шумера.[326]
Эти три примера из абсолютно разных культур – Ворон, Аматэрасу и Инанна – представляют собой достаточно яркий пример спасения героя извне. На последних стадиях приключения они демонстрируют, как герою постоянно помогает сверхъестественная могущественная сила, которая сопутствовала избранному на протяжении всего его испытания. Когда он не может надеяться на свое сознание, в силу вступает бессознательное, он возрождается и возвращается в мир, из которого пришел. Вместо того чтобы держаться за свое эго и спасать его, как в историях, повествующих о волшебном побеге, он со своим эго расстается, но оно, как величайший дар свыше, возвращается к нему.
Это подводит нас к последней кульминации героического круга, к тому моменту, для которого все удивительное странствие было лишь прелюдией – а именно, к парадоксальному и сложнейшему моменту преодоления порога героем, который возвращается из мира мистического в повседневный мир. Независимо от того, спасают ли его извне, следует ли он внутренним импульсам или идет вперед, деликатно направляемый божественной волей, ему еще предстоит вновь войти вместе со своей благословенной добычей в давно забытую среду, где люди, будучи частицами, считают себя целым. Ему еще предстоит предстать перед обществом со своим разрушительным для собственного эго и спасительным для жизни эликсиром и выдержать, отвечая на вопросы, диктуемые здравым смыслом, устоять перед непримиримым негодованием и тем, что добрые люди не в состоянии его понять.
Ил. 50. Возвращение героя: Самсон с дверьми храма/Христос Воскрес/Иона (гравюра). Германия, 1471 г.
