Они проследовали за метрдотелем в обеденный зал, озаренный сотнями свечей в медных канделябрах, которые парили в воздухе благодаря невидимым микроховерам. Мягкий свет падал на золотые блюда, хрустальные бокалы с шампанским, украшения, искрившиеся на запястьях и шеях других посетителей. В углу сама по себе играла скрипка, покрытая замысловатыми завитками. Райлин знала, что все это лишь видимость, а музыка доносится из крошечных высокочастотных динамиков, разбросанных по всему залу. Но все равно зрелище зачаровывало.
Может, даже слишком, подумала Райлин, включая рассудительность. Внезапно она показалась себе дурочкой, очутившейся на другом конце света с парнем, которого толком не знала, но было поздно что-либо менять. Она подсчитала, сколько денег стоило это приключение, и ее замутило. Что он захочет получить взамен?
– Корд. Зачем ты все это делаешь?
– Потому что хочу. И могу.
Взяв бутылку шампанского, парень наполнил бокалы, но Райлин не собиралась отступать. Вспомнилась первая встреча с Брайсом: тот говорил, что вкус Корда улучшился и она «симпатичнее, чем предыдущая девушка».
– Если думаешь, что я стану спать с тобой из-за всего этого, ты сильно ошибаешься.
Намереваясь встать, Райлин схватила салфетку, смартнити которой поменяли цвет под стать лавандовому оттенку ее джинсов.
– Боже, Райлин, надеюсь ты это не всерьез!
Поуспокоившись, она опустилась на стул. Парень расплылся в улыбке.
– Обещаю, если ты решишь переспать со мной, то не из-за «всего этого», – повторил он ее слова, взмахивая руками и подразумевая ресторан, Париж, все происходящее, – а потому что не сможешь устоять. Перед моей умопомрачительной внешностью и сокрушительной силой ума.
– Верно, – не дрогнув, сказала Райлин. – В этом ты не ошибся, твой ум меня добивает.
– Если я буду слишком нахальным, пожалуйста, влепи мне пощечину.
Райлин расхохоталась.
– Если я задам вопрос, ты честно ответишь на него? – как всегда дерзко сказал Корд, но она уловила серьезность в его голосе.
– Только если ты ответишь на мой.
– Справедливо. – Корд подался вперед, опираясь на локти. Он закатал рукава рубашки, обнажая темные волоски на руках, будто решил бросить вызов этому фешенебельному месту. – Что ты хочешь больше всего на свете?
– Быть счастливой, – не задумываясь, ответила Райлин.
– Слишком банальный ответ. Конечно, ты хочешь быть счастливой. Все хотят. – Корд небрежно махнул рукой. – Спрошу иначе: что сделает тебя счастливой?
Райлин перекатила шампанское в бокале, выдерживая паузу. Она не знала ответа на этот вопрос.
– Что тебе снится? – снова спросил Корд, увидев ее нерешительность.
– Это легко. Мама.
– Что она снова жива?
– Да.
Корд кивнул.
– У меня похожие сны, – тихо проговорил он.
Райлин впервые видела его таким серьезным.
– Моя очередь. – Она не хотела развивать эту тему. Все же они находились в Париже. – Куда ты отправляешься, когда прогуливаешь школу? – с неподдельным интересом спросила Райлин.
– Что… откуда ты знаешь, что я прогуливаю? – резко спросил Корд.
– Я внимательная. Давай же, мой черед задавать вопросы, или ты забыл?
Слегка усмехнувшись, Корд покачал головой:
– Прости, на этот вопрос я не могу ответить. Задай другой.
Любопытство не покинуло Райлин, но давить она не стала.
– Как бы ты поступил, если бы я не поехала с тобой?
– Ты бы поехала. И что за гипотетические вопросы?
– Ну а если нет? – настойчиво спросила Райлин.
– Наверное, попробовал бы сдать билеты. Или поехал бы один – откуда мне знать. Кто-то ведь должен привезти Криссе эклеров.
– А ты не такой негодяй, каким прикидываешься.
– А ты не такая уж ворчунья, какой прикидываешься. К тому же, – с ухмылкой сказал Корд, – мое притворство привело тебя сюда, разве не так?
– Сюда меня привела любовь к Парижу, – поправила Райлин, и Корд рассмеялся.
– Что ж, тогда за Париж! – Он поднял бокал.
– За Париж, – тихо повторила Райлин.
Недолго думая, она легонько чокнулась с ним среди мерцания свечей. Сейчас Райлин не испытывала ни капли сожаления.
Два часа спустя, плотно поужинав картофельным пюре с перцем и невероятно вкусным стейком из натурального мяса – не выращенного в лаборатории, а настоящего стейка от настоящей коровы, которая совсем недавно жила и питалась травой, – Райлин и Корд пошли обратно к станции. В какой-то момент они взялись за руки, сцепив ладони в замок. Корд легонько водил большим пальцем по ее запястью, отчего ее пробирала дрожь. Райлин понимала, что надо бы отстраниться, но так и не сделала этого.
– Смотри! Это «мост замков»! – воскликнула она, заприметив мост Искусств.
Его отреставрировали много лет назад с помощью сверхпрочных углеродных композитных материалов, которые также использовали при строительстве Башни. Лунный свет серебрил замочки, пристегнутые по всему мосту, – сколько же возлюбленных закрыли здесь свои сердца на замок и бросили ключ в реку. Над головой распростерлось бескрайнее небо, не заслоненное высотными зданиями, под ногами плескалась вода.
