Он не видел, но представлял как этот цветной петух роняя перья сваливается с дерева пришибленный подушкой. Сладкая месть грела душу невыспавшегося мужчины, но этого было недостаточно. Он знал, что если сейчас не встанет, это недоразумение опять начнёт орать. Тяжко вздохнув, Эхор поднялся.
Нещадно зевая и ёжась от утренней прохлады после тёплой постели поспешил вниз. Торопливо обежав здание застал как раз тот момент, когда потрёпанная гадина выползала из-под сбившей её подушки и собиралась заорать от возмущения.
Сморщившись, как от зубной боли, мужчина припустил быстрее и успел заткнуть клюв мерзавке. У него было огромное желание свернуть, наконец, её шею. Но он знал как Пилий дорожил этой птицей и трясся над ней. Тяжело вздохнув и проклиная тот день, когда пригласил в академию этого фанатика животных, Эхор спеленал возмущающуюся дрянь. С особым наслаждением он замотал её клюв остатками наволочки и запихнув подмышку, поволок к Пилию. На душе разливалось тепло: у него впереди было несколько дней до нового побега гадины, когда он будет просыпаться не от её криков.
Ложиться спать уже не имело смысла, и Эхор проклиная пернатую дрянь поплёлся на тренировочное поле, чтобы размяться до прихода первокурсников. И они не заставили себя долго ждать. Молодые, бодрые и весёлые они шли шумной толпой не добавляя хорошего настроения своему декану. Мужчина очень старался не срываться на ни в чём не повинных адептах, решив упростить сегодняшнюю разминку.
Он даже пытался шутить, поднимая себе настроение и поглядывая на группу. Но в какой-то момент заметил, что зеленоглазое чудо витает в облаках. Адепт Корза погружённый в свои мысли совсем не обращал внимание на окружающую обстановку и на него лично. По его лицу читалось, что он не просто задумался о чём-то. Нет, его мысли были о ком-то. И это точно был не он, ректор Нибин. Тогда кто? Эта мысль вызвала ярость: “Как смеет адепт на его занятии думать о ком-то постороннем и не обращать внимание на него, ректора академии и декана боевиков?”. Внутренний дракон ярился пытаясь вырваться наружу: как может какой-то желторотый пацан не обращать на него внимание?!
Настроение вновь опустилось ниже некуда. Неосознанно он стал подгонять группу бежать быстрее и быстрее, но вывести из задумчивости зеленоглазого гадёныша не получилось. Злость вцепилась острыми когтями в душу полосуя в лоскуты нервы бедного декана. Не удивительно, что он не сдержался срываясь на учениках. Эхор поменял ритм занятия, добавляя неожиданные элементы, сбивая дыхание парням. Только это смогло отвлечь адепта Корзу от мыслей о другом, другой? И он соизволил обратить своё внимание на ректора. Эхор с каким-то болезненным удовольствием ловил его взгляды и напряжённое внимание. Он видел как зеленоглазое чудо ловит каждое его слово, стремясь выполнить приказ в точности. Эта покладистость грела душу успокаивая.
К концу занятия он вновь находился в благодушном настроение заканчивая утреннюю разминку. Еле стоящие на ногах адепты буквально уползали с поля. Он сам уже собирался уйти, когда появилась Скерн. Эхор застыл следя за девушкой, и то что он видел его ужасно раздражало. Злость и ревность бурлили в его крови. Причём, кого он ревнует сильнее, понять не получилось. И, какой недоумок после увиденного сделает предположение, что они брат с сестрой?
Пылая гневом он направлялся к парочке, чтобы выгнать с поля девушку: нечего ей здесь делать, когда вышедший из душа благородный лорд Лорекил предложил сопроводить её к академии. Понимая, что в состоянии злости он совершенно необъективен, Эхор, огромной силой воли скрутив свои эмоции, заставил себя уйти от греха подальше.
Он только успел дойти до своих апартаментов, как получил сообщение о новом прорыве гончих ада вглубь страны. Боевые действия на фронтах не затихали который день. Казалось, что гончие бездны идут сплошным потоком и он никогда не закончится. Сейчас снять оттуда ни одно подразделение было невозможно.
Быстро переодевшись и даже не ополоснувшись, потому что каждая минута в месте прорыва могла стоить кому-то жизни, Эхор ушёл порталом во дворец. Взяв свободную от дежурства пятёрку королевских гвардейцев он сам повёл отряд драконов на зачистку. Они успели прилететь вовремя: твари только приближались к небольшой деревеньке, прячась в поле засеянном крестьянами.
Сверху эти боевые машины смерти были как на ладони. Но сжечь их не представлялось возможным, выгорит всё поле. Боевой пятёрке и Эхору ничего не оставалось как принять бой в человеческой ипостаси, спасая ничего не подозревающих гражданских. Опередив тварей они опустились на краю поля и оголили клинки, прикрывая собой беззащитных жителей. Настроение Эхора было как раз под стать: ему с утра хотелось кого-нибудь убить.
Когда всё было закончено и клинки пели победную песнь напившись крови врага, Советник не стал дожидаться когда придут спасённые жители с благодарностью. Принимать почести оставил боевых товарищей, а сам сбежал в столицу.
