— А не мог это быть тот, кого я заметила той ночью? — встрепенулась женщина, желая помочь «своим мальчикам» стоящим перед ней. — Эхор, я тогда тебе ещё говорила, что мне показалось что человекообразное существо крупнее обычного мужчины перелетело через периметр, покидая академию. В ту ночь темно было и я до сих пор не уверена, что разглядела всё верно, — подала идею Фрайт.
Эхор задумчиво смотрел на Гортензию, но молчал. Сейчас он осмысливал слова друга. Когда они полностью улеглись в его сознании он повернулся к нему и спросил:
— Выходит, Лорекил даже не вспомнит с кем он прибыл в академию, происшествие при поступлении и…? — он не договорил.
Понимание промелькнуло в глазах мужчин. Этот разговор не для ушей целителя, и Эхор обернулся к Гортензии терпеливо ожидающей ответа на свой вопрос.
— Мог, — кивнул он, — Правда, с размером неизвестного не знаю что думать. В нашем мире таких оборотней нет. А если ты тени приняла за человека и обозналась в росте, тогда это мог быть кто угодно знающий заклинание левитации или воздушник. Вот только все адепты академии были на местах и магистры тоже, да и в обслуживающий персонал я никого нового не взял.
— Ты хочешь сказать что у нас тут, кроме всего прочего, ещё скрывается чужак? — тут же поднял голову Мар прекратив хмуро разглядывать пол.
— Возможно, я уже ни в чём не уверен, — нехотя выдавил из себя ректор. — Я не могу сомневаться в своих людях.
— Зато я могу, — отрезал Мар. — Как Главный дознаватель я начинаю расследование этого случая и требую предоставить разрешение на допрос всех находящихся в академии.
— Хорошо, — тяжело выдохнул Нибин и тут же добавил. — Всех, кроме адептов. Нам только разговоров не хватает и их безграничного энтузиазма в личной поимке врага. Будет лучше, если они не станут путаться под ногами.
— Кто бы говорил, — хохотнула Фрайт, — ты себя-то вспомни!
— Гортензия! — возмутился ректор. — Когда это было, а вы всё ещё помните!
В его памяти промелькнули воспоминания небольшой академии, скорее даже магической школы для привилегированных учеников. Тогда не учили простолюдинов, магов хватало и среди лордов, не то что сейчас. Магистр Гортензия Фрайт была ректором той маленькой академии и гоняла их с Раэлем за проказы. От этих воспоминаний на душе дракона потеплело, и ещё более приятно стало от того, что женщина тоже помнила всё это и с теплом говорила о прошлом.
— Конечно, помню как вы путались под ногами во время последнего заговора, потому и согласна с тобой. Адептов трогать не будем.
— Хорошо, — кивнул Раэль соглашаясь с ними обоими.
— Гортензия, как вы смотрите на то, чтобы адепт Лорекил оставался у вас как можно дольше? — поинтересовался Нибин у женщины.
— Без доступа посторонних к нему? — тут же поняла задумку ректора магисса.
— Конечно.
— Я положительно смотрю на то, чтобы здоровье мальчика восстановилось, да и лицо ему надо долечить, — она легко коснулась рассечённой брови и щеки парня, — а то какой-то шарлатан допустил на лице мальчишки этот жуткий шрам. Так что он выйдет совсем не скоро от нас, — вынесла своё заключение целительница.
— Вот и хорошо, — на лице ректора появилась хищная улыбка, — а мы посмотрим кто к нему наведается.
Подслушивающие у дверей поняли, что если они сейчас не исчезнут отсюда, то будут пойманы с поличным. Поэтому очень тихо, практически на цыпочках, но на удивление слаженно все покинули коридор остановившись в приёмной и ожидая ректора. Объяснять, где и при каких обстоятельствах был найден парень всё равно придётся.
Гортензия Фрайт не стала провожать до дверей Эхора и Мара: не маленькие, чай, дорогу знают. Ей надо было срочно расписать приём лекарств парню, проверить их наличие и провести практикум со старшекурсниками, показывая на живом примере как распознаётся магическое истощение.
Эхор быстро проходя через приёмную к выходу хмуро оглядел ждущих его ребят и приказал:
— За мной.
Впереди шёл сам ректор, за ним ребята и закрывал это импровизированное шествие дознаватель. Со стороны могло показаться, что парни идут под конвоем, словно что-то натворившие озорники.
Открыв дверь в свой кабинет и усаживаясь за стол Нибин кивнул адептам, чтобы они тоже не стояли, а рассаживались кто куда. Мар, по старой привычке, облокотился о дверь. Со стороны это смотрелось немного странно, не поймёшь то ли он сам собирается сбежать, то ли охраняет её, чтобы присутствующие не могли покинуть помещение до окончания разговора.
— А теперь я хочу услышать что произошло с адептом Стэнхардом Лорекилом.
Ребята переглянулись. И если Рик и Люк ничего толком не могли сказать, то вот принцу и компании теперь придётся рассказывать всё и объяснять почему они не пришли к декану сразу ещё тогда, когда парню стало плохо в первый раз.
Неожиданно первым заговорил Годрик Брансон, Эхор всё ждал когда начнёт рассказ Кан, и не обращал внимания на других, и теперь с удивлением смотрел на беловолосого парня.
