В одной из южных республик бывшего СССР власть захватили неонацисты. Жители одной из областей не захотели жить под их игом. Началась вооруженная борьба. Мурат, в котором течет белорусско-русская православная кровь, оставшись на этом белом свете один, отправился в эту «горячую точку». Там открылись у него сверхчеловеческие возможности, которые помогали ему воевать с неонацистами. Он спас ополченца из лап врага, сражался с танками с помощью снайперской винтовки. В одном из боев Мурат был тяжело ранен. Но выжил и не просто выжил. А еще и женился. Продолжая сражаться с нацистами, оказался их в глубоком тылу. В романе много интересно поданной информации в интерпретации автора (фактически его мнение, не совпадающее с мнением многих) о нацистах, Праведниках мира, о том почему сторонников Гитлера большинство людей ошибочно называет фашистами и так далее. Рассказывается об истории снайперского дела, о снайперах и их нелегком «труде», как ранее, так и в наши дни.
В наше время происходят события, которые начисто опровергают сложившуюся у нас судебную практику. Если только на полном серьезе считать, что у нас есть эта самая судебная практика.
Так уж сложилось, и, наверное, это правильно в большинстве случаев, что следователи, прокуроры и судьи склонны к тому, что показания потерпевших принимаются как аксиома. В большинстве случаев. Но далеко не всегда. В то же время показания и доводы обвиняемых теми же следователями, прокурорами и судьями оцениваются как данные и приведенные с целью уклонения от ответственности за содеянное. В 99,9 случаев из 100 это законно и справедливо. И все-таки имеется хоть и небольшое количество таких уголовных дел, где показаниям обвиняемых нужно верить.
Жизнь наша многогранна. И иногда (имеется в виду именно тот единственный случай, не вошедший в общую систему доказательств) случается так, что правым выходит именно обвиняемый. Естественно с помощью защитника.
По разным причинам потерпевшие, если говорить помягче, чтобы никого не обидеть, обманывают. А, если говорить юридическим языком, то дают ложные показания. Это очень плохо.
Но, еще хуже, когда в результате этого страдают невиновные люди. А виновные, наоборот, уходят от ответственности за содеянное.
Тут главное не кидаться из одной крайности в другую. Нужно занимать ответственную и отвечающую всем требованиям законодательства позицию. Не поддаваться эмоциям. А твердо следовать букве закона.
Есть преступления, на первый взгляд не выбивающиеся из череды других похожих на них, совершенных ранее и тех, которые будут еще совершены в будущем. Но при расследовании уголовных дел, возбужденных по фактам таких «некоторых» преступлений выявляются обстоятельства, свидетельствующие о больших прорехах или брешей в проведении предварительного следствия и даже в судопроизводстве.
Об одном таком преступлении, его расследовании, рассмотрении в суде и последствиях пойдет речь в этом повествовании.
Следует отметить, что описываемое преступление, его раскрытие, предварительное следствие и судебные заседания имели место быть на самом деле. Но по этическим соображениям изменены имена буквально всех действительных героев, их истории, место и время описываемых событий.
***
Небольшая, но уютная кухонька в одном из домов одного из белорусских городов. Назовем его, ну, допустим, Борисовглебск. Название города не имеет никакого значения к тем событиям, которые описаны в этом повествовании. Такое могло случиться, а, впрочем, иногда и происходит, в любом городе.
На кухне знакомые нам по другим моих рассказам два отставных начальника следственных подразделений. Адам Александрович и Иван Николаевич. Фамилии их также не имеют значения к событиям, описанным в рассказе. Хотя такие начальники следствия фактически жили и работали на самом деле.
За «рюмочкой» водочки они в основном вспоминают случаи из собственной практики. Но иногда обсуждают и те уголовные дела, которые возбуждались уже после того, как они вышли на заслуженный отдых.
Слово «рюмочкой» взято в кавычки не по ошибке. Читатель сам понимает, что ветераны не могут обойтись одной рюмочкой. Но еще не было такого случая, чтобы они перебрали свою норму и напились, как … (не будем даже говорить, кто конкретно).
Давайте лучше послушаем, о чем они говорят и что обсуждают в этот раз.
На правах хозяина этого небольшого, но такого уютного для обоих помещения, начал разговор Адам Александрович.
— Ты знаешь. Чего только не бывает в этой жизни. Бывает такое, во что не сразу поверишь. Если поверишь вообще.
— Бывает, конечно, дружище, — согласился Иван Николаевич. — Намедни мне сын рассказал, что один их следователь возбудил уголовное дело против бомжа, который во время выездной торговли у Дома культуры по случаю ярмарки со стола, где были выложены разные прысмаки, украл батон вареной колбасы. При чем, как этот следователь указал в постановлении о возбуждении уголовного дела, хищение произошло дерзко и открыто, на глазах у десятков гостей. И квалифицировал это, как грабеж. Так — то вот.
— Погоди. Но квалификация — то правильная. Хищение совершено открыто на глазах свидетелей и очевидцев.
— Да, но за батон колбасы, даже не копченой, а вареной, что стоит копейки, он не только возбудил дело, но и представил задержанного прокурору на арест.
— Нет, ну, конечно, арест — это уже перебор.
— Ты удивишься. Но прокурор арестовал этого бедолагу. Бомжа. Который просто хотел пожрать, как человек при таком изобилии всего на ярмарке.
— Да. Чудны твои боженька дела, — вздохнул Адам Александрович.
— Только ведь это не его дела. Это дела людей, которые при исполнении. Лучше бы без исполнения.
— При исполнении, говоришь. А вот послушай историю, которая произошла в нашем городе в 2000 — х. Тут нет бомжей. Тут все образованные. При деле. Не бедствуют. А некоторые из них даже шикуют. А в результате беда случилась с одним парнем. Беда с зелеными глазами.
— А при чем здесь глаза, да еще зеленые?
