Я гляжу на парня и молчу. Мне страшно даже признаться, что Конрад Бофорт сумел затронуть микроскопическую частицу моего сознания. Наконец, говорю:
- С тобой иначе.
- Иначе? Меня не устраивает такой ответ.
- А какой он еще может быть? Ты позабыл о том, что я дочь де Веро? Или теперь это неважно? Но почему сейчас? О чем ты думал раньше?
- Не говори чепухи, - заводится Эрих. – Я просто…
- Просто что?
- Я просто не хочу тебя потерять.
Распахиваю глаза и смотрю на парня, ничего не понимая. В груди взрываются шары, голова идет кругом, а живот скручивает от судороги. Упасть бы, но нельзя. А я бы упала.
- Эрих…
- Забудь.
Он собирается уйти, а я перехватываю его за локоть. Оторопело гляжу в его темные, невероятно красивые глаза и пожимаю плечами.
- Что мне сделать? Чего ты хочешь? Я ведь была рядом, а ты меня оттолкнул.
- Может, я ошибался.
- А, может, нет.
- Я знаю, что ты не должна быть с ним. Или еще с кем-то. Точнее, не хочу этого. Это ведь значит что-то. Просто так за людей не держатся.
- И почему ты за меня держишься?
- А ты почему?
Впервые вместо слов я хочу прижаться к парню. Мне не нужен его ответ, я и так все вижу. Вижу, как его пальцы медленно скользят по моему запястью, как его глаза горят, а я добровольно наблюдаю за этим пожаром, согреваясь и волнуясь. И все становится на свои места. Незаданные вопросы находят невысказанные ответы, и нам не зачем молчать.
- Адора! – неожиданно восклицает женский голос и рядом появляется Лиз.
В ту же секунду Эрих опускает руку, а я нервно перевожу взгляд на подругу. Лицо у меня вспыхивает и, наверняка, становится красным.
- Мы просто…, - прочищаю горло, - мы просто говорили.
- Я вижу. – В голосе Лиз сквозит явное неодобрение. Она прожигает Эриха ледяным взглядом, но затем вновь глядит на меня. – Литературы не будет.
- Почему?
- Аутор не пришел. Оказывается, он переезжает.
- Что? – недоуменно вскидываю брови. – Переезжает посреди года?
- Какая разница. Если ты не против…, - она морщит нос, кося на Эриха, - у нас есть с Адорой дела. Хорошо?
- Да, я…, - парень чешет затылок, - я уже ухожу.
Хочу позвать его, но Лиз вдруг резко дергает меня на себя, и слова тонут в воздухе.
Подруга тащит меня вдоль коридора, крепко сжимая за руку. Все тащит и тащит, а я смиренно топаю за ней, зная, что не избегу разговора. Но мне все равно. Пусть говорит то, что считает нужным, а я послушаю и поступлю так, как хочу.
Лиза заталкивает меня в библиотеку. Волочит к книгам и тормозит у стеллажей со словарями. Ее миловидное лицо пылает гневом. Еще чуть-чуть и она заорет во все горло.
- Что это было? – шипит она. – Дор, что это? Просто скажи мне. Скажи.
- Скажу, если ты позволишь.
- Он за руку тебя держал! О, господи, его рука на твоей руке, его глаза и твои глаза, я просто не верю! Ты что – спятила? Пожалуйста, скажи, что ты спятила.
- Ладно, я спятила.
- О, нет.
- Я не буду оправдываться.
- Этот парень – опасен. Опасно даже рядом с ним находиться. Понимаешь?
- Нет. – Я качаю головой. – Не понимаю.
Подруга ошеломленно отступает назад. Смотрит на меня и бурчит что-то под нос. Я не разбираю, да, и не пытаюсь. Взмахиваю руками.
- Это неважно.
- Важно! – сопротивляется она. – Почему Эрих Ривера? Почему именно он?
- А почему глаза у тебя карие, а у меня голубые, Лиза? Почему ты любишь горький шоколад, а я терпеть не могу?
- Эрих – не шоколад. И не цвет глаз. Он – проблема. Огромная.
- Он просто парень.
- Который вскружил тебе голову. Вдруг Мэлот узнает? А если дойдет до отца…, – у нее глаза становятся широкими, налитыми ужасом, - тебе не простят.
- Я ничего такого не сделала! Хватит лечить меня, хватит говорить, что правильно, а что нет! Мне все равно. Я могу быть с тем, с кем хочу. Я могу любить того, кого хочу.
- Любить? – не своим голосом переспрашивает подруга и робко моргает. Наконец, и до меня доходит, что я сказала. Становится страшно. – Нет. Ты не можешь.
Мотыляю головой. Дышать трудно. Поправляю пальцами волосы и гляжу на Лиз, не зная, что ответить, как оправдаться. Но стоит ли? Разве за чувства должно быть стыдно?
- Он просто дорог мне. – Наконец, чеканю я. – Сейчас это неважно, потому что есть проблемы серьезней.
- Серьезней чем то, что ты влюбилась в сына «палача»?
- Я не…
- Прекрати, - подруга передергивает плечами. – Не отрицай. Не могу поверить, Дор! Ты ведь не думаешь, что Ривера изменится ради тебя, что различия размером с Броукри внезапно испарятся? Вы всегда будете людьми из разных миров. Всегда.
- Хватит.
- Но это правда.
- Это чушь.
- Сейчас он здесь, а что потом? Переберешься через стену? Нарядишься в черный?
- Прекрати, Лиз. Это глупо!
- Глупо верить в то, что вы можете так просто держаться за руки без последствий! У тебя в голове романтика, книги и любовь. Но о чем думает он? Вас обоих накажут! Ничем хорошим в жизни такие истории не заканчиваются. Проснись, пока не поздно.
Лиз поворачивается ко мне спиной и уходит.
- Лиза! - она не реагирует. Я недовольно выдыхаю и скрещиваю на груди руки. Разве правильно делать выводы, основываясь на собственных догадках? Они ведь субъективны!