Два рассказа о войне и после ожидают вас." У каждого он есть" – страх у каждого он есть, но не каждый способен его преодолеть." В темноту" – в мирную жизнь он нырнул, как в темноту.Содержит нецензурную брань.
У КАЖДОГО ОН ЕСТЬ…
Горы, дикая, неприкрытая красота. Иногда она бывает смертельно опасной. Хрустальный воздух и упоенная тишина. Не помню, где я это слышал: «Круче нас только горы. Выше нас только звёзды». Ах, да, так говорил старшина на КМБ. Но эту красоту не ощущаешь, когда взираешь на окружающий мир через оптику прицела. В любой момент тишина хрустнет, как сломанный шейный позвонок. Выстрел порванной струной унесёт кого-то в небытие. Есть только ты, цель и приказ. Отставить лирику, солдат. Расчувствовался маленько перед отправкой домой. Это последнее задание.
– Сид, РПГ на три часа, – раздался в гарнитуре рации сиплый голос Тунца.
Вот и наступил тот момент, отработанный до автоматизма. Цель в перекрестье. Оружие часть тебя. Время нет… Думать стрелять не стрелять. Или ты или он. Враг всегда остаётся врагом. Это закон войны. Дыхание замирает, с последним стуком сердца, ты плавно нажимаешь на курок. БАХ. Удачный выстрел, прямо в голову. На границе подсознания пролетает мысль: «минус один». Здоровый цинизм не помешает в экстремальной ситуации. Боевик, падая, рефлекторно нажимает на спуск гранатомёта. Заряд уходит в сторону. Взрыв на противоположном склоне вызывает камнепад. Обвал погребает под собой ещё двух бандитов, которые укрываясь за валунами, держали узкую горную тропу, огрызались лающими автоматными очередями, не давая Шмелю и прапорщику Доброму начать восхождение.
– Молоток, Сид, трёх зайцев одним выстрелом, – проскочил в эфире голос Доброго, – Командир, начинаем восхождение, мы на тропе.
– Доложите когда, выйдите на объект, – распорядился Тунец, – Мы прикроем.
Крепкий аварец Шамиль, он же Шмель. Мы его так прозвали за обилие растительности на теле. Он не обижался, только попросил не называть его так при родственниках, а то засмеют. И прапорщик Добрый, здоровый сибирский мужичище, любитель после ратных подвигов засесть за лепкой пельменей, говорил, нервы успокаивает. Вступили на тропу, которая вела на горное плато, где находилась наша цель. Задание заключалось в следующем. По данным разведки в данном горном районе затерялись развалины древней крепости, которую бандиты использовали в качестве перевалочного склада временного хранения оружия и наркотиков. По тем же данным сейчас там находилась крупная партия опасных товаров. Наша задача, обнаружить объект, установить и активировать вблизи него радиомаяки. Затем быстро покинуть опасный район, так как через пятнадцать – двадцать минут по объекту будет работать артиллерия и авиация. В общем, начнётся светопреставление.
– Сид, пулеметная точка, шесть часов, скала, – нарушил радиотишину голос Ужа, – Не вали их, оставь мне, лучше прикрывай.
– Отставить разговорчики! Боец, докладывать только по существу, – проворчал в рацию капитан Рыбин, он же Тунец.
Меняю позицию. А вот и рядовой Ушаков, взбирается по отвесной скале, не уступая в ловкости своему ползучему прозвищу. Только цель не поближе к солнышку, чтобы погреться, а оборудованное пулемётное гнездо. Выстрел. Пуля попадает в затворную раму ПК. Оружие выведено из строя, отстрелялись орлики. Уж зависает на пару секунд и бросает гранату. Взрыв.
– Уж, ответь, – слышится встревоженный голос Тунца.
– В порядке, – отзывается Ушаков, выбираясь из расщелины.
Он молниеносно добирается до поражённой огневой точки. В руках нож. Сталь вернее свинца, так было и будет всегда.
– Чисто, командир, – докладывает Уж.
– Принял. Сид, у тебя?
– Чисто, командир, – докладываю я.
– Собираемся у тропы, – скомандовал Тунец.
***
– Тунец, наблюдаем объект. Противника не наблюдаем. Тропа без «сюрпризов». Можете начинать движение, – доложил Добрый, – Не нравится мне эта тишина, командир, – добавил он.
– Не ворчи, Добрыня, живы будем, не помрём, – подбодрил бойца командир, – Ждите.
Подъём на плато занял двадцать минут. Отряд в сборе. Обжигаемое солнцем и продуваемое всеми ветрами плато. Величественные и непокорённые развалины крепости. Разрушенные стены, напоминающие собой симметрично уложенные неведомыми великанами гигантские кубики валуны, покрытые рыжей, сухой травой. Островки растительности напоминали собой пятна ржавой крови. Уцелевшие за долгие века две сторожевые башни, гордо подпирали небо, взирая на непрошенных гостей с незримой угрозой. Чёрные провалы глаз бойниц готовы выплеснуть на врага ливень стрел. Какая доблестная и кровавая история этого древнего сооружения? А через считанные часы, даже минуты, крепость примет на себя последний удар, который окончательно превратит её в вековой прах.
– Бойцы, пока всё по плану. Идём с опережением графика. Недаром нас в отряде зовут «счастливчики» – усмехнувшись, произнёс капитан, – Работаем по плану. Время пошло, – посерьезнев, закончил Тунец.
