Казна... Ее не так то просто спрятать. Казна... пропавшая точно так же, как и деньги Шахиншаха Хосейни. Речь шла о миллиардах. Миллиардах рублей, это огромные средства, на них можно скупить десятки хороших, приносящих постоянный доход предприятий, используя их можно открыть хороший банк. Наконец - используя их, можно вести террор десятилетиями, оплачивая труд тех, кто зарабатывает на крови.
- Деньги...
- Что, прости?
- Да так. Ничего
Я достал из кармана небольшую флеш-карту.
- Есть коммуникатор?
- Конечно - Юлия достала Неву
- Это разговор, который нам удалось записать. Один абонент - Тимур, второй - судя по всему, ротмистр Соболевский, тот самый, имеющий отношение к польской казне. Где-то он сумел выучить один из диалектов фарси, потому что они говорят именно на этом языке. Это надо выяснить, но не сейчас. Включи на громкую, я буду переводить в синхрон.
Пошла запись. Юлия закрыв глаза, слушала - мой голос и голос Тимура.
Послушать было чего...
- Что это все значит? - спросила Юлия, когда запись закончилась - я не поняла и половины. У них что - какие-то общие дела или что?
- Они самые, mi amore, они самые.
- Но они...
- Ты заметила - они постоянно говорят про деньги. Про деньги. Иди за деньгами, и ты познаешь истину. Все в этом мире или почти все - из-за денег.
- Они не могут получить свои деньги.
- Точно. Соболевский спрашивает, что с деньгами. Тимур отвечает, что пока ничего, но он в ближайшее время что-то сделает. Непонятно, что именно. Но, наверное, речь идет о больших деньгах - можешь представить, о каких.
- Но это... не имеет смысла.
- Почему же? Мы долгие годы искали, откуда и каким образом финансируются террористические акты. Мы долгие годы искали, куда пропали деньги шахиншаха - мы не знаем даже, сколько их было, знаем только то, что он каким-то образом ухитрялся выводить их из страны. Мы искали, каким образом пропала польская казна - часть ее мы нашли - но не всю, и даже не большую часть.
- А как насчет Хавалы?
- Хавала? А что такое Хавала? Открой глаза, это всего лишь платежно-расчетная система, довольно примитивная. Деньги в ней - циркулируют в виде наличности и в виде золота, но не более того. Эта система может помочь вывести деньги из страны, перевести деньги на другой конец света - но как насчет вложений? В ней нет самого главного - некоего звена, которое может превратить деньги и золото в чистый, с легальным происхождением безнал и пустить его дальше. Сделать возможным легально вкладывать его по всему миру. Получать прибыль. Во что можно вложить деньги Хавалы, наличность? В товар, который грузят на караван верблюдов? В мешки с рисом? В хижину в какой-нибудь деревне? В золото, которое ночью можно закопать на огороде? Мы все - не уловили одного: так можно обращаться с миллионами, а не с миллиардами. Миллиарды должны работать. И это конечное звено, банки, через которые прогоняется денежный поток Хавалы - они не на Востоке, иначе бы мы знали об этом. Они - в Италии. Итальянские банки, старейшие в мире - принимают эти деньги, интегрируют их в систему, отмывают, пускают в оборот. Что-то пошло не так - только благодаря этому мы смогли отследить и Тимура и этого Соболевского.
Юлия помолчала. Потом спросила
- Это точно Тимур?
- В Петербурге проведите анализ голоса. Но я слышал этот голос своими ушами, когда генерал находился в метре от меня. Это точно он, у меня сомнений нет.
- И ты собираешься ехать в Рим?
Я пожал плечами.
- Я свободный игрок. Только на этих условиях я и соглашался, иное бессмысленно. У вас есть спутники, системы перехвата, авианосцы и штурмовые группы. Но это все - напоминает попытку убить автомобилем комара. У меня - только то, что в голове, плюс руки и ноги. И оружие. Этого хватит. Да, я собираюсь навестить Рим.
Юлия испытующе посмотрела на меня. Так, что я заподозрил неладное.
- Что-то случилось?
- Что ты знаешь о своем отце? - вдруг спросила она
- То, что я рос без него. То, что он погиб от рук террористов. Достаточно?
- Наверное... Ты знаешь, что его обвиняли в том, что именно он подготовил покушение на Папу в Ватикане в восемьдесят первом?
Я усмехнулся
- Знаю. Это для меня не новость. Чушь собачья и больше ничего. Ты думаешь, что мне из-за этого...
- Не только.
Будь это кто-то другой - встал бы и ушел. Еще мне тут слушать...
- Ты просил посмотреть документы, к каким у тебя не было допуска. Я запросила материалы. В том числе по Ватикану, по Риму... все, что только было. У нас - с оцифровкой архивов дела обстоят хуже всего. Информации много - шутка ли, копии спецсообщений по всем посольствам, за все время - а людей мало и финансирования тоже. Ведь мы не боремся с терроризмом...
- Начинай бороться. Могу помочь.
- Не ерничай. Так вот, по моей просьбе перешерстили все папки по Риму и Ватикану, начиная с семьдесят пятого года. И нашли спецсообщение, которое я не могу объяснить. Верней... могу, но думаю - лучше прочитать тебе самому. И сделать выводы.
Я кивнул на папку, лежащую на столе.
- Это оно?
- Оно.
- О чем оно?
- О твоем отце. И его действиях в Риме.
- Фальшивка.
