Корабли соглядатаи относительно спокойны - судя по поднятым на русском флагмане вымпеле у того - серьезные неисправности в ходовой части, это же подтверждает пришвартованная ремонтная база. Только полный козел - не даст в таком случае матросам отдых и на кораблях - соглядатаях все отдыхают, на посту - только дежурные смены сокращенного состава.
Два черных вертолета - срываются с палубы ударного авианосца. Увидеть их почти невозможно: десантный корабль-док морской пехоты Одесса закрывает обзор. Вертолеты ныряют к воде и мчатся на нескольких метрах от водной глади: смертельно опасный полет, который может превратиться в трагедию даже из-за сильного порыва ветра. В десантных отсеках - морские пехотинцы в последний раз проверяют оружие, вслушиваются в голос, передаваемый по внутренней трансляции.
Здравствуй, отец. Это я, Джузеппе. Я здоров и у меня все хорошо...
Этот монастырь - был не совсем обычным монастырем. Даже с учетом того, что он принадлежал картезианскому ордену...
Про картезианцев - известно очень мало правды. Имя этот орден получил по названию своего первого монастыря - обители Великой Шартрезы в Шартрезских горах близ Гренобля, Франция. Основателем ордена был Святой Бруно Кельнский, устав ордена утвердил Папа Иннокентий III в 1133 году нашей эры. Девиз ордена - Крест стоит, пока вращается мир" (Stat crux dum volvitur orbis).
Считается, что самый суровый по уставу орден - это орден траппистов - но это не так. Трапписты - не отрицают общение с внешним миром и даже варят великолепное пиво, которое так и называется "траппистским". Вероятно, они варят пиво потому, что по уставу ордена каждый монах должен стоять на молитве одиннадцать часов в день - а за оставшееся время делать что-то, что требует больших трудозатрат и одновременно поддерживать монастырь в порядке затруднительно: пиво же созревает само, не требуя постоянного большого внимания. Картезианцы не варят пива. Более того - мало кто знает, чем кроме молитв занимаются картезианцы и чем они живут.
Сильнейший удар по картезианцам нанесла Великая Французская Революция, которую с полным правом можно назвать "Великая Французская бойня". Озверевшие от пролитой крови революционные крестьяне - санкюлоты ворвались в монастырь Великая Шартреза, разграбили его и перебили всех монахов: пятьдесят один монах умер смертью мучеников от рук взбунтовавшейся черни. На момент начала бойни - у картезианцев было сто семьдесят три монастыря, когда же революция захлебнулась в собственной крови, их оставалось не более двадцати. Орден возродился в других странах, прежде всего Италии и Испании - но уроки великой бойни не были забыты.
Послушник, брат Бернардо, сидел на крыше небольшого, считавшегося почти, что заброшенным монастыря, сжимая в руке оружие, какое никак не подходило к образу мирного, богомольного послушника. Это была Браунинг Ауто-5 десятого калибра с удлиненным магазином на семь патронов, в каждом из которых было по пятьдесят два грамма свинцовой картечи. Такой заряд дроби - с близкого расстояния мог снести человеку голову...
Еще больше оружия - было внизу, и в кельях, и в нескольких комнатах его было просто - полно.
История брата Бернардо была, в общем-то, привычной. Родился он в Сомали, в сицилийской семье, которая умела органично сочетать богомольность, богобоязненность и требования кровной мести, которые полагали за праведное убивать людей. Эти требования кровной мести сделали сицилийцев очень уважаемыми людьми в Африке: в некоторых негритянских племенах сын тоже должен был отомстить за отца - но только убийце, и только в течение строго опре6деленного времени, дальнейшая же кровная месть не допускалась. Сицилийцы же, с их традициями продолжать кровную месть десятилетиями, вырезать противостоящие им роды до последнего человека, врываться на совершеннолетие в дом и убивать подростка, отпраздновавшего день рождения и соответственно ставшего объектом законной охоты - все это внушало африканцам мистический ужас. По крайней мере до тех пор, пока итальянцы не создали колониальные части, не обучили их, не цивилизовали и не вооружили современным оружием - после чего означенные части, конечно же, взбунтовались.
В Италии - Бернардо появился как беженец. Принадлежащие его семье поля африканцы теперь использовали как поле для выпаса скота. Его крохотный клочок земли на Сицилии, конечно же, принадлежал другим. Он потерял многих родных, и у него сильно пошатнулась вера - потому, что Господь не уберег их, потому что их убили дикари, и Господь ничего не сделал с этим. Вера в Европе была сейчас совсем другой... это раньше девица по имени Жанна Д'Арк врывалась и кричала, что у нее было видение и все должны пойти... и все шли. Сейчас - мирились и каялись, что Бернардо никоим образом не устраивало. Потом - он узнал, что в составе церкви есть люди, которые не только мирятся и каются. И присоединился к ним.
