Сколько себя помню, всегда любила читать. И каждый раз я мечтала оказаться на месте очередного волшебника или супергероя. И ведь недаром кто-то сказал: «Бойтесь своих желаний, ибо они имеют обыкновение сбываться». Так вышло и у меня. Надоела скучная жизнь, в которой так не хватает магии? Не проблема. Только не жалуйся потом, что новый мир, в который ты попала благодаря своему желанию, не такой, как ожидалось. Россия теперь империя, у власти аристократы, интриги и разборки между магическими родами потрясают весь мир. Да и тело мне могло достаться получше. А еще, похоже, у меня теперь есть тайна, из-за которой меня могут убить.Прочитала просто тонны бояръаниме, и возникло желание написать в этом же жанре, только с женским персонажем. Главная героиня не бывший спецназовец и не служитель культа темных богов, а всего лишь обычный человек, которому в новом мире выпал шанс стать кем-то большим. С нетерпением жду ваши комментарии и лайки.
Сознание возвращалось неохотно. В груди все сдавило, легкие горели, как будто я некоторое время не дышала. Все тело ломило, а затылок вообще отзывался острой болью, словно по нему нанесли удар каким-то тупым предметом.
«Что происходит?»
Голова раскалывалась, а память никак не хотела возвращаться. Мелькали лишь обрывочные воспоминания, по которым я с трудом поняла хоть что-то из произошедшего.
Вот я иду по какой-то стройке, справа от меня возвышается башня крана, вот обхожу гору насыпанного прямо посреди дороги щебня и подхожу к возведенному трехэтажному зданию, чей фасад густо облеплен строительными лесами.
Следующее воспоминание, как пухлый прораб в белой каске машет мне призывно рукой, и я, крепко зажав под мышкой папку с документами, матерясь и оступаясь на каждом шагу, пробираюсь к нему через кучи строительного мусора.
А потом… Я почему-то четко вижу, как глаза толстяка расширяются от ужаса, и он что-то мне орет, размахивая руками. На инстинктах я поворачиваю голову и словно в замедленной съемке вижу, как на меня пизанской башней падает целая секция лесов.
Последней мыслью было вроде: «Опять эти гастарбайтеры на анкерах сэкономили».
Значит, мне прилично досталось. Странно, что вообще жива. И почему до сих пор никто не вызвал скорую?
Собрав мысли в кучу, я для начала вспомнила свое имя, а следом по кусочкам начала восстанавливать картину своей жизни.
Что ж, имя свое я вроде помню, уже хорошо. Зовут меня Аня, верней, Шапилова Анна Гавриловна. Что еще… Не так давно отпраздновала свое тридцатилетие, но семьей до сих пор не обзавелась – живу одна в просторной двушке, доставшейся мне от бабушки. Мать с сестрой жили в другом городе, и виделись мы с ними редко, предпочитая общаться по телефону.
Так уж получилось, что карьера заменила мне личную жизнь, и, дослужившись до начальницы строительного департамента в крупной строительной фирме, я делила свою жилплощадь только с аквариумными рыбками, да и те регулярно дохли из-за недостаточной заботы о них. Мне все казалось, что у меня полно времени, и все успеется, а редкие встречи с очередным ухажером однажды перерастут во что-то большее. Но, видимо, кто-то свыше решил дать мне ускоряющего пинка, ведь именно в таких случаях и начинаешь переосмысливать свою жизнь.
Собравшись с духом, я с трудом разлепила веки. Проморгавшись и отогнав мельтешащие темные пятна, попыталась приподняться и оглядеться, но очередной приступ боли заставил меня крепко зажмуриться и откинуться обратно. А следом вернулся слух – только сейчас поняла, что до этого меня окружала полная тишина.
– Леська, ну же, вставай, ты чего?! – испуганно причитала рядом со мной незнакомая мне девчонка. – Хватит меня пугать! Я ведь подумала, что ты уже умерла…
Тут она замолчала и начала всхлипывать, а я подумала, что теперь вообще ничего не понимаю. Пора подниматься и выяснять, что случилось и кто во всем виноват.
«Вот же уроды, даже в больницу меня не отправили, – я начинала потихоньку закипать. – И где этот чертов прораб?»
Я снова открыла глаза. Зрение постепенно возвращалось, картинка становилась все четче, но от увиденного легче не стало. Над головой выкрашенный белой краской потолок, облицованные плиткой стены, все это было похоже на обычный санузел. По полу несло сквозняком, и тело уже начала пробирать дрожь.
«Что-то мне все это не нравится, – подумала я. – Какие-то нехорошие ассоциации… Потеря сознания, туалет… Где я вообще, черт возьми?!»
Скрипя от боли, я потихоньку перекатилась на бок и, ухватившись за стенку, попыталась встать хотя бы на четвереньки.
– Давай помогу! – взывавшая к какой-то Леське девушка перестала, наконец, реветь и, подскочив, подхватила меня под руки.
Толку от ее помощи было немного, только со второй попытки я смогла подняться на ноги. Меня знатно шатало, к горлу подкатывалась тошнота, да и тело слушалось с трудом, я едва могла стоять.
– Попить есть? – прохрипела я пересохшим горлом, надеясь, что мне сейчас не предложат водички из-под крана. Доверия к водопроводной воде у меня никогда особого не было.
– Да, конечно! – подружка бросилась к своей сумочке, что небрежно валялась на раковине возле зеркала.
Вот только ей пришлось отпустить меня, и мои колени тут же подкосились. Вцепившись в край раковины, как в спасательный круг, я все же смогла устоять и не распластаться на полу.
Девушка ойкнула и, подхватив сумку, кинулась обратно.
– Прости, прости, – виновато затараторила она, снова хватая меня за руки, да так, что я невольно скривилась.
– Воды, – напомнила я, прерывая готовые вырваться наружу очередные извинения.
Напившись, почувствовала себя немного лучше и смогла, наконец, осмотреться. Местный туалет с рядами кабинок и раковинами вдоль стен ничем не отличался от множества своих собратьев, разве что здесь было на удивление чисто. В голову начала лезть всякая ерунда о том, каким образом меня сюда занесло, и почему эта странная незнакомка принимает меня за другого человека.
