Эдита. Пожалуйста, какой бардак. «ДЛЯ ТЕБЯ» за апрель прошлого года! С разгаданным кроссвордом! В бак с макулатурой! Какой бардак, все валяется, природа умирает. А я, сколько бы не искала что-нибудь, то нахожу только свои грязные ногти!
Галина. О, журнал «НЕ ДЛЯ ТЕБЯ». За прошлый апрель, очень хороший журнал. Недорогой, бесплатно, могу себе позволить.
Девочка. Не такой уж даже и плохой.
Галина. С апреля прошлого года. Как раз не для меня.
Девочка. Мам, там даже кроссворд уже разгадан.
Галина. Не надо разгадывать, сразу ключевая фраза: «Тет-а-тет весной».
Девочка. Покажи, ма. Тет-а-тет весной… Стой… Весенние обнимучки у речки-вонючки?
В комнате сидят все вместе: мужчина у своего столика, заставленного уже пустыми бутылками, окурками и недонюханными дорожками; его семейные портреты с родовыми герберами из Икеи давно уже отклеились и попадали со стен. Галина, Божена, Осовелая старушка и Маленькая металлическая девочка в своих естественных позах заинтересованно смотрят телевизор.
Режиссер. Это, естественно, не конец, а только начало, то есть краткое изложение того, что не вошло окончательно во время монтажа в окончательный вариант фильма, что было эдаким знаком почтения к тем 4 миллионам зрителей, которые не пошли в кино смотреть этот фильм, чтобы не тратить двадцать злотых на билет, а ведь еще начос десять по цене восьми, M&Mки, арахис в сахаре, кола и семь банок пива, чтобы смотреть всякий отстой и слушать типа как рыгают в долби сурраунд, я каждый день без долби сурраунд это слышу, поэтому я вынужден был согласиться на мелкие уступки, мне же тоже нужно жить на что-то, я же должен как-то выплачивать ипотеку! Монике надоело быть слепой и глухой…
Галина. Понятное дело, кто захочет быть глухим, разве что слепой!
Девочка. Может, она не слепая и не глухая, а толстая. Надо худеть.
Божена. Ей нужно похудеть и одежду поменять. Я бы в таком в магазин за уксусом не пошла.
Режиссер.
Старушка. Это Варшава? Улица Солец? Не узнаю…
Девочка. Ой, бабушка, это то здание, ну, которое еще не построено.
Старушка. Я там проходила в тот день, когда началась война…
Галина. У некоторых из нас растет нос, у других из носа идет дым, а третьи умеют это делать с каменным лицом, вот ответ на вопрос, который постоянно просится на уста: как же они врут!
Девочка. Ты думаешь, это нормально — постоянно подсматривать за чьей-то жизнью, чтобы во сне слюнки текли на подушку от этих историй, и рассказывать о ней, как о своей собственной?! Сколько живу, сколько себя помню, ты, бабушка, никогда никуда не ходила и не ездила ни в какой лагерь кондиционный.
Режиссер …там она устраивается копирайтершей в рекламную фирму, успешной адвокатшей в известную адвокатскую контору и привлекательной архитекторшей в проектное бюро. Она много работает по специальностям, у нее есть факс, но после работы она чувствует себя потерянной из-за того, что у нее нет детей. Она ходит в фотошоп и пьет там бульон Кнорр…
Галина. Моника, не переплачивай! В «Божьей коровке» продается такой же, только хуже, за полцены.
Божена. Ты с бульоном поаккуратней, им особо не наешься, через пять минут опять захочешь есть! Добавь макароны или хотя бы костей.
Девочка. Какие макароны! Так она никогда не похудеет и останется толстой, а ожирение — это болезнь.
