Повелся я быстро. Петрович никогда не подводил. Где информацию брал, только ему известно. Бывший разведчик. Каких войск, не знаю.
Собрался и поехал. Сонечку предупредил, чтобы к ужину не ждала. Может очередь, а может еще чего.
Районный центр от нас в пятидесяти километрах. Дорога вначале проселочная, потом асфальтированная. Домчал быстро и без приключений. Городок небольшой. Население всего шестьдесят тысяч. Узловая железнодорожная станция. Автовокзал. Больница с поликлиникой огромные территории занимают. Даже детская железная дорога есть.
Пересек мост через Дон, въехал в город. Остановился, достал план-схему Петровича. Сориентировался и направился до здания Пенсионного фонда. Здесь машину бросил на стоянке. Смотрю магазин строительных товаров. Надо же. Не обманул старик.
Походил, посмотрел. Что-то не то. Цены «кусаются». Да и на описание разведчика не похоже.
Сверился со схемой и пошел мимо домов. Забрел в гаражи и… уперся в тупик. Туда к железке значит забор под два метра, а вправо и влево его ни начала, ни конца. Для приличия походил, вдруг дыра в заборе есть…
— Стоять! — за спиной четко так, по-армейски.
Я решил повернуться.
— Стоять смирно! Не крутись! Кто таков?
— Склады ищу!
— Значит диверсант! — голос хихикнул, носом хрюкнул, — Кругом!
— Какой такой диверсант? — я повернулся.
Передо мной стоял среднего роста, полноватый мужчина лет шестидесяти с большим плюсом в расстегнутой рубахе и бриджах. Лицо гладко выбрито. Голову покрыла седина. Глаза с хитринкой, улыбка яркая. Судя по расстегнутой ширинке, то ли собирался, то ли уже полил цветочки у забора.
— Чего шаришься? Чего ищешь? Говори коротко и четко! Не люблю, когда воду в ступе месят…
— Склады строительные ищу. Вот сосед схему нарисовал, — показал лист бумаги, — Сказал, что дешево продают и всего навалом…
— Дык, был склад… уже года два, как нет. Только тропинка к нему за гаражами идет. Но там сейчас пусто.
— Бли-и-и-и-ин… только зря перся…
— Не серчай, — мужчина заправился и глянул на меня по-отечески, — Куришь?
— Нет!
— Выпьешь со мной?
— Не пью!
— Да-а-а-а-а, — в свою очередь расстроился человек. Он протянул мне руку, — Алексеич.
— Варлаам!
— Еврей?
— Антисемит?
— Пошли…, — он зашагал в сторону гаражей.
«Странный, какой-то. И чего привязался. Может послать и к машине?», — выходя из кустов, думал я.
— От… черт, — споткнулся и чуть не упал… под ногой что-то прокрутилось…
— Чего там?
— Бутылка. Блин, — я схватил ее и зашвырнул в сторону пустующих строений за забором.
Со звоном разбившегося стекла в воздух с криками поднялась туча воронья.
— Бежи-и-им, — закричал мужик, и мы рванули с места.
Забежали в гараж.
— А чего убегали?
— У нас с ними давняя вражда.
— С кем?
— С воронами.
— ???
Я осмотрелся. Сказать гараж, ничего не сказать — квартира. Полочки. Картины. Фотографии со жрицами любви. Стол со стульями, диван и два кресла.
— Мой штаб, — не без гордости сказал хозяин.
В это время по крыше начался неприятный и звонкий стук.
— Началось, — Алексеич посмотрел на мое лицо, выражающее удивление, — минуты две будут бомбить, потом улетят. Присаживайся.
Оказалось мой новый знакомый полковник в отставке. Уже пятнадцать лет на пенсии. Каждый день в течение семи лет, кроме субботы и воскресения, он приходит в гараж, где встречается с друзьями и принимает «посетителей». Идет к нему местный народ с теми или иными проблемами разного бытового или медицинского характера, а Алексеич со своего штаба «разруливает» по телефону и помогает, выезжая на «место». Пока он рассказывал, я смотрел на него с интересом и восхищением.
Но народ с пустыми руками не заходит. Каждый норовит принести подарок — одну или две бутылочки спиртного. Хозяин открыл два шкафа, наполненные разными напитками.
— Но я предпочитаю домашнюю, сосед поставляет… чистейший, как слеза самогон. Будешь?
— Не пью…
— А, да… еврей…, — Алексеич покачал указательным пальцем, — …антисемит, помню…
И вот за эти годы, посетители, употребив, ходили в туалет за гаражи. И, представляете, каждый или через одного старались подручными предметами запустить в ворон. И так пернатым это надоело, что они в один прекрасный момент начали свои «бомбандировки». Алексеич даже машину продал, когда на ее крышу прилетели камешки.
Я просидел у него еще с часик. Поговорили на разные темы. Он, то ли из вежливости, то ли по привычке, поинтересовался моими проблемами, и чем он может помочь, предложил несколько раз выпить, несмотря на мои отказы. Но адресок «хитрого» склада с дешевыми стройматериалами написал… и позвонил, сказал, что человек от него подъедет.
— Алексеич, спасибо за гостеприимство и помощь. Пора. Будете у нас в селе, заезжайте. Мой дом, Ваш дом!
— Облизательно… адрес записал, телефон имеется. Понравился ты мне… а давай на рыбалку махнем? Созвонимся…
Мы встали, попрощались, и я вышел на улицу.
— Ну, ты это… если чё, заходи, — вдогонку сказал Алексеич.
