У них была договоренность: если встреча срывалась – говорить об этом по телефону нельзя (вдруг прослушка!), и тогда следовал вот такой зашифрованный ответ.
Нельзя сказать, что анонимка напугала, но настроение подпортила. В основном, из-за того, что сорвалось свидание. Он тут же позвонил начальнику горУВД и попросил приехать к нему сейчас же. Тот появился через десять минут. Силаев передал анонимки милиционеру и попросил «покопать». Тот поморщился:
– Николай Васильевич, – это «дохляк»!
– Слушай, Петухов, я же не прошу тебя бросить все и заниматься только этими подметными писульками! Но ты возьми на заметку!
Когда ушел начальник милиции, Силаев поручил управделами никому не показывать такие анонимки, а докладывать ему лично. Он взглянул на часы: без пяти семь.
– Все, Сергей, по домам!
Николай оделся и пошел к выходу, когда зазвонил телефон. Обычно трубку брала секретарша, но ее уже два часа как нет. Уходя, она переключала городской номер на мэра. Кому приспичило в такое время звонить? Он заколебался: взять трубку или уйти, не ответив? А вдруг что-то серьезное, а впереди выходные дни? Силаев переключил рычаг:
– Слушаю.
На другом конце что-то захрипело, а потом послышался радостный голос:
– Николай, дружище, привет! Напряги мозги: это Виктор Брагин с «ходиков!»
«Ходиками» называли студентов бауманки с приборостроительного факультета, потому что там имели дело с часовыми механизмами. И Витьку он хорошо помнил по студенческим вечеринкам.
– Ну что, вспомнил?! – спросил Брагин.
– Здравствуй, Виктор. Я тебя и не забывал!
– Вот и отлично! Слушай сюда! – У Витьки была такая привычка: когда он к кому-нибудь обращался, всегда говорил: «слушай сюда». – Надо встретиться и поговорить! Тем более, у меня для тебя сюрприз. Я завтра подъеду – скажи, в какое время! Только не рано – я же из Москвы.
– Хорошо, в двенадцать в мэрии.
– Договорились!..
Силаев пошел домой пешком. Зимний вечер был тихий, с легким морозцем. Редкие снежинки, кружась, прилипали к воротнику замшевой куртки. Ветки деревьев от налипшего снега были похожи на белые трубочки. Николай забыл про подметные письма и, неторопливо шагая по вечернему Приокску, погрузился в светлые воспоминания студенческих лет. Все-таки это были прекрасные годы! Несмотря на экзамены и зачеты, семинары и коллоквиумы, которые иногда крепко напрягали, то время было озарено счастливой молодостью, ожиданием большой самостоятельной интересной жизни.
В субботу с утра Силаевы всем семейством посетили гастролировавший московский зоопарк. А около полудня Николай, отправив Зину с детьми домой, пошел в мэрию. Вчера, уходя домой, он предупредил охрану, что завтра у него будет посетитель. Войдя в здание, поинтересовался: был ли кто? Никто не был. Силаев поднялся в кабинет, включил телевизор. Передавали дневные новости. В Саратове крупная авария на теплосетях, на центральный район надвигается снежный циклон. «Надо предупредить коммунальщиков», отметил про себя Силаев. Зазвонил телефон с поста охраны.
– Николай Васильевич. К вам посетители!
– Кто?
– Брагин Виктор Петрович с дамой. Пропуск оформлен только на Брагина.
– Пропусти обоих!
Через минуту в кабинет без стука вошел Виктор. Он был в кожаном пиджаке, таких же брюках, черной рубашке с расстегнутыми двумя верхними пуговицами. На шее толстая цепь с внушительным крестом. Мужчины обнялись.
– Извини, запоздали немного, дорога неважнецкая! – Виктор развел руки, как бы говоря, что он тут ни при чем, погода подкачала.
– Да ладно тебе, – махнул рукой Николай. – Садись! – указал он на кресло у приставного столика и тут же спохватился: – Вас же двое?!
– Коллега! – крикнул в неприкрытую дверь Витька. – Прошу сюда!
Дверь бесшумно приоткрылась и в кабинет вошла…Людка! Людмила!
Она была в шикарном черном брючном костюме, ярко-красная легкая кофточка прекрасно гармонировала с темным нарядом. Верхняя серебристая пуговичка кофточки была как бы небрежно, но не вызывающе, расстегнута и чуть ниже угадывалось то, о чем Силаев давным-давно сочинил стихи, которые выучил наизусть весь курс. Людмила изменилась мало. Правильные черты лица, безупречная прическа, ногти поблескивают перламутром, на безымянном пальце левой руки колечко с ярким рубином. На правой – пусто. Николаю показалось, что она стала еще красивее.
– Привет! – Шагнул навстречу Николай, – действительно, сюрприз!..
– Да. – Людмила смущенно улыбнулась. – Вот Виктор уговорил на эту поездку.
– И правильно сделал! – Виктор шумно поднялся с кресла. – Сто лет не виделись, и это дело надо отметить!
Силаев, было направился в комнату отдыха, там в шкафу была бутылка коньяка, конфеты, печенье. Но Брагин остановил:
– Не суетись, мы же не с пустыми руками!
Он взял стоявший около кресла портфель и, раскрыв, извлек бутылку «Хеннесси», нарезки копчёной колбасы, красной рыбы, апельсины, лимоны, увесистую кисть винограда, дорогой сыр.
